В одном из них — школе — находились дети. Об этом знал старший инспектор ОБХСС Ромитанского РОВД старший лейтенант милиции Умар Бердыев. Когда качнулась и поплыла земля под ногами, работник милиции прежде всего подумал о ребятишках. Вскоре он был около школы. Здание рушилось, из него доносились крики детей. Рискуя жизнью, офицер милиции Умар Бердыев несколько раз смело бросался в помещение, выводил на улицу ребят, а получивших серьезные травмы выносил на собственных руках и доставил их в пункт скорой помощи.
Оба отважных работника милиции, не дрогнувших в тяжких испытаниях перед лицом разбушевавшейся стихии, поощрены руководством Управления внутренних дел Бухарского облисполкома.
В семье Хакимбека Бабабекова было девять детей. Хоть и не бедняком был, а жилось трудно. Просвещенный, уважаемый в Бухаре человек, он всегда стоял за народ, выступал за его права. Отплатил эмир ему за это тюрьмой, а затем высылкой. После скитаний осел Хакимбек в Ташкенте, в Кашгарской махалле[1]. Когда старшему сыну Даврану исполнилось семь лет, отца, здоровье которого было подорвано лишениями, не стало.
Мальчика отдали на воспитание воинскому начальнику Ташкента Конопельскому. Тот решил, что Давран станет военным — отправил его в кадетский корпус. Пять лет проучился там Давран, потом год переписывал бумаги в канцелярии генерал-губернатора.
Началась Первая мировая война. Даврана зачислили в военное училище, а через полгода прапорщик Бабабеков уже командовал взводом Первого Сибирского запасного полка. Странный был по тем временам офицер: дружил с солдатами, недозволенные разговоры вел про царя, с ссыльными социал-демократами встречался...
А когда в России победила февральская буржуазно-демократическая революция и в Ташкенте был организован Совет рабочих, дехканских и солдатских депутатов, его председатель Бройда в середине апреля 1917 года вызвал к себе «красного прапорщика».
— Поедешь в Пскент, товарищ Бабабеков. Будешь проводить митинги, организовывать ревком. Кстати, вот твой напарник...
Новый знакомый оказался Сабирджаном Юсуповым (впоследствии председатель ТуркЦИКА и полпред Туркестанской республики в Москве). Вместе выехали в Пскент. Организовали митинг. Собрали людей из Пскента, Той-Тюбе, Ак-Кургана, Буки и других кишлаков. От имени Ташкентского Совдепа выступил С. Юсупов. Он рассказал о свержении царя, о том, что нужно отвоевывать свободу у чиновников и баев.
— Теперь, граждане, — объявил Юсупов, — изберем ревком, новую местную власть.
— Не позволю! — закричал присутствовавший на собрании полицейский пристав Ковдышев.
— Арестовать его! — потребовал парод, натерпевшийся от царского сатрапа.
Начальником народной милиции Пскента был тут же избран Давран Бабабеков. Первым делом на новой должности стал арест пристава, который с митинга скрылся. Выяснилось, что сбежал в Ташкент. Бабабеков поехал туда. Посетил городскую квартиру беглеца — и не напрасно: бывший пристав прятался под кроватью. Сдав арестованного в крепость, начальник милиции вернулся в Пскент. Здесь его ожидало немало дел. В течение четырех месяцев он ездил по кишлакам и волостям, создавая ревкомы на местах, борясь с преступниками, обижавшими трудовой люд.
...В один из ноябрьских дней 1917 года Бабабеков ехал в Ташкент: накануне вызвали в Совет. На окраине его остановили вооруженные рабочие с красными повязками на рукавах.
— Куда едете?
— В Ташкент.
— Откуда?
Бабабеков объяснил, кто он и зачем едет в Ташкент.
— В Ташкенте — Советская власть, пролетарская революция победила. Вот что, товарищ, возвращайся-ка назад. Мы разгромили казачий полк. Офицеры разбежались. Много ушло в вашу сторону. Ловить их надо...
Бабабеков вернулся в ревком. Там решили немедленно установить Советскую власть в районе, а Бабабекову доверили пост начальника милиции, уже советской милиции. Его обязали поймать сбежавших офицеров и разоружить их. С двумя своими подчиненными Бабабеков успешно справился с этой задачей.
Год работал Бабабеков в Пскенте. В ноябре 1918 года его отозвал уездный исполком и назначил начальником информационно-инструкторского отдела.
Дел было невпроворот. Бабабеков трудился не жалея сил. Знал, что служит народу, родной власти. А потом, уже в 1919 году, как военный специалист участвовал в подавлении осиповского мятежа в Ташкенте.
Сразу же после этого события его командировали в Ханабадский район для проверки деятельности нарсудов и ревкомов. Там на ночь остановился в доме своего брата, Насриддинбека — начальника Ханабадской милиции. На рассвете выехал в Ангрен. Часов в десять утра добрался до кишлака Янгибазар. Был базарный день. Бабабеков остановился возле чайханы. Вдруг над толпой, собравшейся на базарной площади, пронесся пронзительный крик:
— Басмачи!