— Ты проникла в мой дом без разрешения, — спокойно сообщает мужчина, отбрасывая на меня тень, и так же спокойно добавляет. — Ты заслужила наказание… И медленно вынимает ремень из брюк. — Это недоразумение. Я стала жертвой мошенника. Он риелтором представился… — отползаю к спинке кровати. — Да вы… Вы его наказать должны! — Обязательно займусь. Позднее. А пока… — окатывает меня ледяным и горячим взглядом. — Раздевайся и прогнись над кроватью. Будешь послушной, постараюсь не делать больно.
— Эй ты…
В попу утыкается что-то твердое и длинное, холодное.
Настойчиво нажимает на ягодицу, давит, пробираясь вверх, под просторную шелковую сорочку. Ткань — откровенная паль и дрянь, но с моими финансами и возможностями мой потолок — это закупки откровенной подделки с маркетплейсов.
— Дрыхнешь, что ли? Охренеть, ты…
Грубый, хрипловатый голос окончательно прогоняет сон.
По спине ползут мурашки.
Ползут-ползут и… внезапно превращаются в табуны безумно острых пиков, когда я понимаю, что по моей спине водят холодной сталью и тычут. Немного левее от позвоночника.
Вскидываясь от паники, собираюсь встать, но меня тут же опрокидывает обратно огромная, сухая ладонь.
— Лежи.
Вжимает в кровать нагло, садится.
Матрас прогибается под весом тела.
Щелкает кнопка ночника, спальню арендованного дома заливает приятный свет.
Я едва дышу.
Ко мне в спальню ввалился… неизвестный и тычет в меня…
Дулом.
Между лопатками собирается нехорошее ощущение, и эмоции обострены.
Я бы хотела обмануться, что это не дуло пистолета, но что-то другое.
Однако инстинкты не обмануть.
На миг меня охватывает паникой: что, уже нашли? Так быстро…
— Кто такая? — звучит вопрос, как будто окрик. — Как в мой дом влезла, ты…
Он нажимает сильнее, кажется, еще немного, и… Ударит рукоятью пистолета по затылку.
Собираю в себе силы, осторожно поворачиваю голову в сторону, пытаясь разглядеть человека за моей спиной.
В лицо лезут пушистые волоски.
Через миг рядом с моим лицом опускается ладонь, я разглядываю крупные, длинные пальцы с татуировками, посиневшими от времени. У него очень большие руки. На запястье — дорогие часы. Одна надпись Patek Philippe намекает, что я попала по-крупному.
Как же так, а?
Домик неплохой, конечно.
Откровенную гниль я бы снимать не стала, но уровень коттеджа явно не дотягивает до уровня человека, который носит на руках часы стоимостью с крутую недвижку…
Через миг пальцы отводят мои волосы в сторону небрежно, открывая лицо.
— Смазливая. Но рыжая… — в голосе звучит откровенное “буууууе”, и я даже этому рада. — Отвечать будешь? Или как?
— Можно я сяду? Нормальные люди ведут диалог лицом к лицу.
— Нормальные люди по чужим домам не лазят!
— Я сняла этот дом! — цежу едва слышно. — Взяла в аренду на длительный срок.
— Пиздишь.
— Документы на аренду во втором ящике комода лежат. Так что я нахожусь здесь на законных основаниях, а вы кто такой? — собираю остатки смелости.
— А я… — наклоняется, выдохнув в волосы. — Я законный хозяин этого дома, и я свою недвижимость никому не сдавал. Села. Живо. Посмотрю на твою наглую рыжую морду!
— Перестаньте давить на меня, и я сяду.
Он отстраняется, жара сразу же становится меньше, появляется возможность дышать.
Я сажусь в кровати, приглаживая пальцами распустившиеся волосы. Поленилась вчера делать маску, и вот результат — на голове пышное облако. Утром придется постараться, чтобы продрать это…
— Где, говоришь, документы лежат?
Я скольжу взглядом по мужчине. Он до сих пор сидит на кровати. Первое, на что я обращаю внимание — у него в руке, действительно, пистолет.
Второе — он мощный. Откровенно говоря, здоровый мужик.
Я сама высокая, меня всегда называли дылдой, но этот мужик повыше меня будет на полторы головы.
И он белый. Почти белоснежный.
Над висками серебрится иней совсем коротких волос, чуть выше они длиннее, и зачесаны назад. Выражение лицо хмурое, взгляд — свирепый, настороженный и очень острый.
— Сиськи ты мне уже показала. Теперь покажи липу, — командует.
— Что?
— Сиськи, Белка. Сиськи, — машет дулом в мою сторону. — Могли быть и побольше, но и такие сойдут.
Я быстро опускаю взгляд и отпускаю вслух несколько нелестных выражений в адрес производителя топа от пижамного комплекта для сна. Гелевые лямки совсем не держатся на месте закрепления, из-за этого верхняя часть опустилась, показывая грудь.
И я вот так… с грудью напоказ… сижу?!
Шок, конечно же, но Мо… Ты же приличная.
Я подхватываю лямки, быстро исправив оплошность.
Встаю на деревянных ногах, ощущаю, как взгляд мужчины ползет от коротких пижамных шортиков к щиколоткам и обратно.
— Давай, белка, шевелись! — требует он.
— Белка?! — ахаю возмущенно.
Он совсем неделикатно заглядывает мне в рот, ныряя взглядом, и добавляет во взгляд постного выражения.
— Белка потому что рыжая! Документы тащи, живо! Если они у тебя есть.
— Есть! И не надо так…
— Что?
— Смотреть на меня!
Ищу взглядом халат, не могу найти, потом замечаю его кусочек под задом мужлана.
— Вы на мой халат сели. Можно как-то… Достать его из-под вас?
— Халатик достать. А потом что? Носик тебе дать припудрить? Охуела? Документы! — требует.
И я приседаю в коленях от этого ледяного тона. Буквально ниже становлюсь, уменьшаясь в росте на несколько сантиметров, что было бы, пожалуй, даже неплохо…
Пальцы трясутся, когда я подаю незнакомцу документы об аренде дома на длительный срок. Дом, можно сказать, в глуши, но меня все устраивало. За продуктами можно в город раз в неделю съездить.
— Вот, — показываю пальцем. — Видите? Все законно.
