Двигаться я решил по окраине леса, так как на пляже не имелось никаких укрытий, а переть на превосходящие силы предполагаемого противника в открытую равносильно самоубийству. Помирать я не спешил, так что выбор оказался очевиден.
Как оказалось, скрытность была очень кстати. Вскоре я увидел тех самых грабителей и это были не люди…
Пятеро зеленокожих бугаев в украшенной шипами и клыками кожаной броне грузили храмовую утварь в небольшой и грубый, но добротный кораблик. Четверо, судя по массивным топорам, предпочитали шинковать врагов в капусту, а вот пятый таскал дурацкую шапку с рогами и кривую палку с мудреными висюльками, в которой разве что последний дурак не распознал бы волшебный посох.
Теперь понятно, как громилы без шума избавились от витража. А еще тот факт, что орками — а это были именно они — управлял какой-то шаман, объяснял, почему они действовали скрытно вместо того, чтобы вломиться в святилище через главные ворота. Значит, вожак не совсем дебил.
А это плохо.
Внимательно оглядев раскинувшуюся передо мной картину, я облегченно выдохнул — Тисанси была жива. Ее связанную уже погрузили на корабль вместе с шестым орком, туша которого больше походила на подушечку для булавок — из нее торчали изящные ножи темной эльфийки. Столь внушительное количество новых не функциональных отверстий не выдержал даже такой здоровяк, отчего скоропостижно и откис.
Значит, орки не только забрали с собой тело подельника, но еще и избавились от крови. В этом им явно помогло какое-то колдунство. Не могли же эти детины драить пол в храме швабрами и очищать по пути листья и травинки.
Я не слишком-то разбирался в привычках орков, но неплохо знал одну из них. Жена нашего мэра Ярра всегда действовала напрямик и не стала бы скрываться. Огромные воины тоже не походили на ниндзя. Стало быть, у них имелись веские причины для диверсионной деятельности.
Нужно осмотреться и…
По песку проскользила тень, и орки задрали головы вверх. Один из них гортанно вскрикнул и ткнул толстым пальцем в воздух, после чего с глухим рычанием отскочил в сторону, избегая пущенного сверху огненного шара.
А вот и кавалерия!
Не вовремя, конечно, ну да ладно.
Заложив лихой вираж, Гаврюша пошел на снижение и выпустил упругую струю огня, норовя подпалить оркам шкуры. Громилы бросились в стороны, и только шаман остался на месте. Он вскинул посох, и песок перед ним вмиг поднялся стеной, защищая заклинателя от смертоносного пламени.
Ну, со смертоносным я погорячился — огонь Гаврюши мог обжечь при касании. Но чтобы нанести серьезные повреждения, дракончику пришлось бы непрерывно поджаривать орка в течении десяти минут. Да и то Гаврюша выдохнется раньше, чем жертва покроется хрустящей корочкой.
Эх, маловата еще животинка.
Придется подсобить.
Выскочив из укрытия, я воспользовался неразберихой и бросился сразу к шаману, как к самой опасной цели. К счастью, он был всецело поглощен тем, что пытался попасть в Гаврюшу токсично-зеленым лучом, отчего быстро обзавелся двумя пропущенными: в печень и в шею.
Бранн знал свое дело: подаренный кузнецом нож вошел в орочью тушу как в масло, по самую рукоять. Но раны, свалившие бы любого здорового мужика, не причинили орку никакого дискомфорта. Взмахом толстенной ручищи он отправил меня в затяжной полет, за время которого я успел заметить, как кровь сама собой всасывается в раны шамана.
Я плюхнулся в воду, словно сброшенный со скалы булыжник. На миг волны сомкнулись над головой, но вскоре мне удалось вынырнуть, только для того, чтобы снова скрыться под водой от заклинания шамана.
Над головой что-то глухо бахнуло, но я уже изо всех сил плыл к берегу. Тисанси находилась в плену у орков, так что о позорном бегстве с поля боя не шло и речи, а сражаться в воде мне не с руки. Несколько мощных гребков, и я вынырнул почти у берега.
Шаман подпрыгнул от неожиданности, но быстро сориентировался и, не дав мне и шагу ступить, замахнулся своим посохом, готовя очередное смертоносное колдунство. Нож при падении я не выронил, так что запустил им в громилу. К сожалению, из-за влаги рука соскользнула и оружие ударилось в зеленую морду рукоятью, а не клинком.
Но результат, все равно, имелся: нос шамана хрустнул, и тот заорал благим матом на всю округу. Решив обрушить на меня всю свою силу, вожак орков вновь поднял посох, но подоспевший Гаврюша вцепился в него лапами и попытался вырвать.
Не вышло…
Шаман держал крепко! По его оружию прошли зеленоватые всполохи, и Гаврюша, издав крик раненного гуся, покатился по песку. Не успел он встать, как к нему бросились орки.
Но и я на месте не стоял, а скрипя зубами, несся на шамана сломя голову.
— За жестокое обращение с редкими животными!
Мой кулак впечатался в окровавленную рожу шамана. За миг до удара охвативший меня гнев пробудил силы драконоборца. Руку охватило пламя, отчего башка зеленомордого разлетелась на куски, словно перезрелый арбуз от выстрела из дробовика.
Туша шамана неуверенно покачнулась, и свалилась на песок.
Остальные орки так и замерли над оглушенным Гаврюшей разинув клыкастые пасти от удивления.
