— Что дальше? — задыхаясь, спросил бард и, не останавливаясь, оглянулся через плечо. — Летать твари не умеют, но бегают быстро. Даже слишком.
— Повторяй за мной, — я первым прыгнул на воду, которая, повинуясь моей воле, вмиг обратилась толстым льдом.
По нему мы с Люцианом и покатились, как на коньках. Правда, бард почти сразу плюхнулся на задницу и поехал на ней, тогда как во мне вдруг проснулся дар матерого конькобежца.
Драконы скользили не хуже.
— Ты говорил, что сил не осталось! — заорал Люциан.
— Это огненных, — пояснил я, стремясь унять дрожь в руках. — Пробудились ледяные. По этим драконам ими бить бесполезно, поэтому вот…
— Ну тогда хорошо-о-о-о-о!!!..
Наша ледяная горка резко вильнула влево, потом вправо, потом снова влево и начала уходить вниз. Ветер засвистел в ушах, сердце в груди замерло, а дыхание перехватило. Мы неслись, словно на американских горках. Спуск стал еще резче, а лед начал таять. В лица нам полетели теплые капли воды.
— Что происходит⁈ — тут же пуще прежнего забеспокоился Люциан.
— Не знаю. — Честно признался я. — Но тут становится жарковато.
Тоннель, по которому мы скользили, стремительно сужался, а в каменных стенах появлялись трещины, заполненные горячей оранжевой субстанцией.
— Это не из-за тебя? — без особой надежды спросил Люциан, который видел тоже, что и я.
— Нет.
— Ну тогда-а-а-а!!! — бард снова перешил на ультразвук, когда уходящая вниз горка вдруг вильнула вверх и ушла из-под ног.
Мы вылетели из тоннеля, как пробка из бутылки шампанского. Время вокруг будто замерло. С высоты свободного полета я увидел водопады магмы, которые стекались внизу в целое озеро.
В которое мы и падали.
— Гадство. — Мой голос прозвучал тихо и отрешенно.
Когда и я, и Люциан уже успели мысленно попрощаться с жизнями, прямо под нами на миг открылась сияющая фиолетовая воронка. Она поглотила нас, протащила через тьму и выплюнула наружу, уже на твердую поверхность. Зашипев, словно рассерженная кошка, воронка схлопнулась и исчезла без следа.
Прямо перед нашими глазами в лаву свалился весь драконий выводок. Что сказать — летать они уже не научатся…
— Вот ведь злобные уродцы… — покачал головой Люциан и добавил, — были. Чего они на нас взъелись?
— Все в мать, — я пожал плечами. — Но тут без осуждения. Видел, сколько у нее спиногрызов уродилось? Такая орава кого угодно с ума сведет. Даже дракона. Да и бати в семье нет… на наше счастье.
— Да уж, — бард согласно кивнул и поинтересовался. — Как мы вообще умудрились выжить?
— Понятия не имею, — я лишь головой покачал.
— Вы не выжили, вас спасли, — раздался за нашими спинами мелодичный голос. — Если бы не мой портал, вы были бы уже мертвы.
— В таком случае спасибо вам за… — слова застряли у Люциана поперек горла, когда он следом за мной обернулся.
На нас красными глазами смотрело два десятка темных эльфов в легкой черной броне. Большая часть их сжимала в руках оружие, причем концы копий, стрел и мечей довольно красноречиво оказались обращены в нашу сторону.
— Не часто у нас бывают гости с поверхности, — мелодично произнесла высокая статная эльфийка, чей голос мы только что слышали.
Ее белоснежные волосы растеклись по плечам и ниспадали вниз почти до пола. В отличие от остальных, женщина носила не броню, а легкую переливающуюся фиолетовую мантию, под которой, судя по всему, практически ничего не было. Держалась незнакомка с достоинством аристократки и смотрела на нас с легким пренебрежением.
— Не желаете ли пойти с нами? — с томной и не слишком-то искренней улыбкой поинтересовалась она.
— А у нас есть выбор? — задал я чисто риторический вопрос.
— Нет, — улыбка темной эльфийка стала еще шире. — Если вы, конечно, не желаете умереть здесь и сейчас.
Путешествие у нас с Люцианом вышло не из приятных. Темная эльфийка сотворила какие-то чары, которые не только лишали дара речи, но и делали все вокруг неясным и расплывчатым. Объяснять она ничего не стала, просто велела своей свите не спускать с нас глаз, после чего пошла вперед первой.
Идти пришлось довольно долго, причем в полной тишине. Мы с Люцианом не могли говорить из-за магии, а темные эльфы не проронили ни слова и общались исключительно знаками. У меня появилось сразу два противоречивых ощущения дежавю. Первое — операция спецназа, в которой хорошо слаженный отряд вел себя схожим образом. Второе — возвращение домой в стельку пьяным: от клятой магии в глазах разве что не троилось, а мысли стали вязкими и переплелись между собой, будто проводные наушники в кармане.
Окружающий пейзаж запомнить не удалось, по причине того, что виделся он мне одним сплошным темным размытым пятном. Но были и другие пятна. Особые. Черные и матовые. Их создавала эльфийка, и работали они словно небольшие порталы. Это вселило в меня робкую надежду выбраться из Подземья если, конечно, удастся договориться.
Ну или решить все, как обычно. Насилием…
