Он домчал до ее дома всего за сорок минут — дороги были уже почти пустые. Поднялся на нужный этаж и зачем-то сразу повернул ручку двери, вместо того чтобы позвонить в дверной звонок. На его удивление, дверь поддалась. Она что, забыла ее закрыть?
Марго
Я пришла домой и сразу же упала на кровать. Не хотелось ничего. На самом деле, я устала очень сильно. Причем, больше в моральном плане, хотя и физическая усталость тоже присутствовала. Думала даже скоро взять отпуск, сразу после того, как на работу вернется Кузнецов.
Просто сначала было огромное напряжение из-за того, что я готовилась к фестивалю, нервничала, что-то придумывала, переделывала триста раз. Да и сама поездка стала для меня тем еще испытанием для нервов — я никогда не работала так быстро и при таком количестве людей. И это был огромный стресс, по приезду обратно, я поняла, что начинаю понемногу выгорать — мне нужен был перерыв. Потому что ничего нового не придумывалось, а клиенты все шли и шли. Еще эти эмоциональные качели со Смольным тоже выбивали из колеи.
А с моральной усталостью приходит и физическая. Ты становишься вялым, не можешь нормально спать, становишься рассеянным. Я просто начала периодически ловить странные приступы отупения, когда мне вообще ничего не хотелось. Ни разговаривать с кем-то, ни видеться. Конечно, при Андрее я ничего такого не показывала, но дома нехило так накрывало. И я не знала, как с этим бороться. Рассказывать про свои переживания мужчине не хотелось — я же создала такой образ всегда уверенной в себе девушки, и я была не готова его разрушить, потому что…боялась. Не знаю, откуда эта внезапная тотальное сомнение в себе, которым я начала страдать совсем недавно, но мне оно решительно не нравилось. Но бороться с ним не было сил. Наверное, это из-за того, что мужчина меня по-настоящему увлек и подсознательно хотелось быть идеальной для него, чтобы, не дай бог, не потерять. Глупая, совершенно идиотская позиция, достойная только девочек, которые еще никогда ни с кем по серьезному не встречались, но блин, мне не хотелось, чтобы он вдруг внезапно потерял ко мне интерес и ушел. Потому что я ни черта не необычный человек, а такая же как все со своими страхами и переживаниями. И спасибо Сергею, который подлил масло в огонь моей неуверенности, потому что теперь я совершенно не знала, что делать.
Пару раз пиликал телефон, но я не брала трубку, потому что звонил Смольный. Мне не хотелось ему отвечать, потому что я боялась, что сорвусь на истерику или слезы, начну допытываться, что я для него значу, и в таком состоянии просто наделаю дел, о которых потом пожалею.
Поэтому я просто свернулась клубком на кровати поверх одеяла и смотрела куда-то в пустоту. Мысли текли вяло, ни на чем конкретно не задерживаясь, и я как будто постепенно входила в какой-то отупляющий транс.
Когда раздался шум в коридоре, я даже не успела испугаться — в голове пронеслось что-то наподобие: "только ограбления мне для полного счастья не хватало." Приподнялась на локтях, пытаясь вспомнить, куда я в сердцах закинула телефон, когда Андрей мне позвонил в пятый или шестой раз.
Но вызов полиции отменился, когда на пороге комнаты появился сам Смольный собственной персоной.
— А двери кто запирать будет? — укоризнено спросил он, цепким взглядом окидывая мой внешний вид и явно оставаясь не сильно довольным увиденным.
— Ой, — я вспомнила, что действительно забыла повернуть замок, когда зашла домой.
— Вот тебе и "ой", — передразнил он меня, — а если бы кто-то решил к тебе залезть?
— Только если ты. Кстати, а что ты тут делаешь? — осведомилась я, пытаясь пригладить руками розовое воронье гнездо на своей голове.
— Мне Сергей звонил.
— И что он тебе сказал? — спросила хмуро.
— Ничего умного, — он подошел ближе, сел на кровать и притянул несопротивляющуюся меня к себе. — Давай, рассказывай, что ты тут успела себе надумать.
— Ничего, — я уткнулась носом ему в грудь, вдыхая запах парфюма.
— Да, и поэтому ты сидишь тут как памятник депрессии, — усмехнулся он.
— Просто…
— Да?
— Я боюсь… — я собралась и выдохнула одной сплошной фразой, — что ты скоро потеряешь ко мне интерес, ведь наши отношения начались очень странно, и я сомневаюсь, что я буду тебе нужна через какое-то время.
— Марго, — он сжал меня в объятиях чуть крепче, — конечно, ты можешь позволить себе так думать, потому что я действительно вел не очень хороший образ жизни, да и перед тобой представал часто в не очень хорошем свете, но поверь… мне сложно это говорить, но я правда не знаю, как я буду без тебя, если ты вдруг решишь уйти.
Я затаила дыхание, а он продолжал, все больше распаляясь:
