Сделаю то, что мне не дали сделать приставы на суде, оттаскивая от этого козла.
Уверен, он всё так же будет лгать и изворачиваться. А может, даже не откроет мне дверь. Испугается, заляжет на дно. Но я не остановлюсь. Достану этого червя из его банки, чего бы мне этого не стоило. Штурмом возьму его убогую жилплощадь, вынесу дверь, подожгу квартиру.
Но я поговорю с ним.
Сегодня же. Сейчас же.
Вхожу в воняющий кошками отвратительно грязный подъезд. Задерживаю дыхание. Взлетаю на третий этаж и останавливаюсь перед дешёвой дверью, оббитой красным дерматином.
Такую хлипкую створку я вынесу с одного удара. Если этот чёрт вдруг откажется открыть дверь. Хотя лучше бы ему согласиться.
Ведь я готов заплатить за любую информацию о Баландине.
Вдавливаю грязную кнопку до упора, слушая раскатистую трель механического соловья. Один раз, второй, третий. Наконец из-за двери доносятся шаркающие шаги.
Делаю стойку, как почуявший добычу гончий пёс.
– Кто там?
– Открывай…
Произносить свою фамилию я не очень-то горю желанием. Думается, услышав её негодяй просто затихнет, испугается, заляжет на дно.
А мне пока этого не нужно. Пусть сначала откроет свой поганый рот. Вывалит на меня всю информацию, а потом я сам уложу его.
В больницу. С одного удара.
Полежит, полечится за государственные денежки. Подумает над своими словами и поступками.
– Вы деньги принесли?
– Так точно.
– Всю сумму?
– Ага, полностью.
Рычу, пытаясь не заорать дурниной.
Значит, я не ошибся – мой заклятый враг щедро заплатил этому дуралею за подставное ДТП. За убийство моей Эммы. Так я и знал. Чувствовал на подкорке.
– Хорошо. Открываю.
Гремит замками.
Кажется, проходит целая вечность перед тем, как хлипкая створка, наконец, открывается.
Врываюсь внутрь тёмной, воняющей пылью и дешёвыми сигаретами, прихожей. Цыкаю языком, не отрывая бешеного взгляда от Морошкина.
Хозяин квартиры смотрит на меня, не мигая, а затем, ойкая, пытается просочиться на лестничную клетку. Хватаю его за шиворот и быстро захлопываю входную дверь.
Проворачиваю ключ в замке и убираю его в карман своих джинсов.
Всё. Путь к отступлению отрезан.
Теперь ему некуда деться.
– Вы кто?
Острый подбородок убийцы с козлиной рыжей бородкой трясётся мелкой дрожью. Маленькие бесцветные глазки, полные ужаса, вперились в меня будто я – сам посланец из Ада.
Впрочем, это так и есть.
Я не собираюсь церемониться этим упырём и с наслаждением отобью ему пару ненужных органов. Сердце, например. У таких беспринципных ублюдков просто его нет, иначе он бы не сотворил то, на что решился за огромные деньги.
Растягиваю слова, ядовито ухмыляясь:
– Руслан Игоревич Ковалевский. Узнал?
– Н-н-нет…
Приседает, пятясь к стене.
Презрительно фыркаю, поигрывая кулаками прямо перед носом несчастного.
– Тогда пошли, познакомимся.
Хватаю его за воротник растянутой футболки и тащу в единственную комнату, служащую хозяину и спальней и гостиной для приёма гостей. Швыряю в потёртое кресло и нависаю над ним как огромная скала.
Ему от меня не отделаться.
– Я же чист перед законом… Полностью отсидел весь срок, от звонка до звонка.
Лепечет, не сводя с меня полных ужаса глаз.
– Перед законом – может быть. Но только не передо мной.
– Ч-ч-что вы хотите?
– Услышать всю правду. Расскажи мне о причастности Баландина и выдай его с потрохами. Он посадил тебя, а сам преспокойно разгуливает всё это время на свободе, где-то заграницей.
– Я не знаю никакого Баландина!
Кричит. Срывается с кресла, пытаясь встать.
Железным кулаком возвращаю его назад, не сводя с его наглой трясущейся от ужаса физиономии, глаз. Я просто уверен, что похож сейчас на жуткого монстра. И очень удивлён, что этот приспешник Баландина ещё не раскололся.
– Сколько он заплатил тебе за убийство Эммы?
Молчит. Часто дышит.
Такое чувство, что этого придурка сейчас удар хватит – вон как посерел. Того гляди, обделается на своё собственное кресло.
Разводит руками, указывая на потрёпанный интерьер.
– У меня нет никаких денег, вы разве не видите? Если бы мне кто-то заплатил, разве бы я жил в таких условиях?
Желваки на моём лице ходят ходуном, а пальцы сами по себе сложились в железные кулаки.
– Я заплачу тебе в два, в три раза больше, только скажи где Баландин? Зачем он заказал Эмму?
Горестно качает головой. Трясётся под моим злобным испытывающим взглядом. По его рыжей противной физиономии пробежала тень, а на лбу даже выступили капельки пота.
– Клянусь, никакой Баландин мне ничего не платил.
Сука!
С плохо контролируемой яростью я молниеносно направил удар прямо в челюсть убийцы. Он крякнул, неловко дёрнулся и посинел.
Отступил на шаг. Ещё не хватало сесть за убийство этого недомерка. Нет, это не выход.
– Уходите. Я ничего не знаю.
Кидаю свою визитку на пол, перед трясущимся мужиком.
– Позвони, если вдруг в тебе проснётся совесть. Запомни – я заплачу тебе огромную сумму денег, если ты всё расскажешь.
Руслан
*****
