Никогда, ни у кого из знакомых я не встречал людей с подобным именем! Но именно так мы с Эммой планировали назвать нашего сына! В честь нашей любви. Эмма и Руслан. Производное имя от первых двух букв – Эрик.
Этим планам не суждено было сбыться.
Но, как тогда объяснить этого мальчугана, сидящего рядом со мной в доме Москвиной?
В доме той девушки, к которой я так неоднозначно относился. К которой отнёсся с некоторым пренебрежением, а сейчас, всё-таки рискнул познакомиться поближе.
– А вот и я.
Олеся, чуть прихрамывая, входит в гостиную. Улыбается голливудской улыбкой и, натолкнувшись взглядом на мальчика, меняется в лице.
– Ты как сюда попал?
Шипит. Краснеет. Становится похожей на разъярённую кошку.
Эта моментальная перемена в лице красавицы больно бьёт меня под дых. В душе зарождается волнение за дальнейшую судьбу этого мальчика. Кажется, хозяйка вот-вот накинется на мальчонку, схватит его за руку, оттолкнёт.
– Я маму пошёл искать. Мне стало скучно.
Эрик воинственно вперивает взгляд в белокурую красавицу. Прижимает к груди свой журнал как самое ценное, что у него есть.
Не знаю почему, но меня на мгновение взяла гордость. Я бы хотел, чтобы мой сын точно так же мог постоять за себя. Не растерялся бы перед разъярённой фурией. Дал отпор.
Именно так и формируется характер.
– Я сейчас отведу тебя к маме. Она наверху.
Москвина хватает мальчика за ладошку и привлекает к себе. Торопливо тащит его вверх по лестнице и оттого, как медленно мальчишка перебирает ногами, мне становится больно.
Она не мать. И, по всей видимости, не умеет обращаться с детьми. Не ладит с ними.
Мой папочка снова просчитался. Олеся Владимировна, не смотря на свои великолепные внешние данные и отличное приданое, вряд ли сможет стать хорошей мамой. Хотя… моему замшелому папаше это и не нужно. Ему, напротив, больше подойдёт мать-кукушка, которая затем без зрения совести отдаст ребёнка на воспитание кому угодно. А сама отправится нежиться на белоснежные пляжи Испании.
Вскакиваю с дивана, надеясь дольше увидеть Эрика. Он такой щуплый, что, кажется совсем прозрачным. По всей видимости, у его родителей нет особых средств, но они изо всех сил стараются, чтобы сын, ни в чём не нуждался.
– Кто этот мальчик?
Выдыхаю, встретив Олесю внизу лестницы.
Замечаю, как она брезгливо проводит ладошками по бёдрам, словно пытается отмыться от детских ручонок.
– Сын одной из моих служанок. Она – мать-одиночка, и иногда я разрешаю ей брать сына с собой на работу. Но вот такого я не ожидала! Мальчишка вышел из комнаты, да ещё и отправился бродить по дому!
В голосе девушки слышится презрение.
Меня аж передёргивает от этого. Хочется схватить девчонку за тонкие предплечья и вытрясти из неё всю информацию об этом мальчике. Я просто не могу поверить, что в городе может существовать точно такой же мальчишка, которого я рисовал в своих снах.
Я просто уверен, что видел его ранее! В своём подсознании!
– Давай выпьем чаю и поговорим о чём-нибудь более приятном.
Красотка вцепляется в мою руку своими длинными острыми коготками и тащит меня назад, к дивану.
Ощущаю полный раздрай мыслей. Всё, зачем я явился сейчас к Москвиной, вдруг стало неважным. Все мысли занял маленький мальчик с ореховыми глазами.
– Чудесная погода, не правда ли? Наконец-то дожди закончились, и скоро в город придёт настоящая жара.
– Ага.
Сглатываю комок, стоящий в горле. Меня неумолимо влечёт к той лестнице, по которой поднялся наверх малыш. Хочется снова поговорить с ним, выяснить всё. Быть может, он напуган жёсткой выходкой Москвиной и теперь боится спуститься вниз?
– Что ты будешь делать на следующих выходных? Может, слетаем на острова, отдохнём, понежимся на пляже?
– Ага.
– Ой, правда? Как хорошо!
Восторженный крик блондинки вырвал меня из нирваны. Чёрт, похоже, я согласился на что-то такое, о чём даже не слышал. Такое чувство, что все мои рецепторы мигом отключились, как только из гостиной исчез Эрик.
– Олеся, подожди, остановись.
Нервно постукиваю костяшками пальцев по столу. Хмурю брови и делаю серьёзное выражение лица. Пусть эта девчонка не думает, что ей уже удалось заманить меня в свою липкую любовную ловушку.
– Что случилось?
– Этот мальчик … Эрик … Ты сказала, он сын твоей горничной?
– Ну да.
– А я могу ещё раз с ним поговорить?
Впериваюсь ледяным взглядом в породистое лицо красавицы.
Сам не понимаю, почему я никак не могу отпустить эту недвусмысленную ситуацию. Эмма мертва. Мой ребёнок, пол которого мы так и не узнали, погиб вместе с ней. Это правда.
Я сам опознал тело невесты. По личным вещам, волосам, автомобилю.
Ошибки быть не может.
Так почему этот мальчишка появился именно сейчас и занял все мои мысли?
– А он уже ушёл домой. Вместе со своей матерью.
– Когда?
Вскакиваю на ноги.
Как обезумевший стреляю глазами в лестницу. Я уверен, что никто не спускался! Я бы заметил!
– Они вышли через чёрный ход. Практически сразу же. Малышу оказалось тяжело сидеть целый день в комнате. Вот я и отпустила их пораньше домой. В доме почти не осталось прислуги.
