– Не оправился после операции. Вы читайте материал, там всё написано.
С треском закрываю папку, поднимая на адвоката глаза. Он смотрит на меня с некоторым сочувствием, смешанным с тревожностью. Но мне не нужны его переживания. Только сухие факты.
А теперь оказывается, что я снова оказался загнанным в тупик. Как гончая псина, которая сбилась со следу. Затерялась в зарослях камыша и выпустила из лап отвратительную жирную утку.
Нет слов.
Залпом выпиваю обжигающий кофе, с раздражением отставляя чашку в сторону. Она бойко звякнула о блюдце, но осталась целой и невредимой, лишь слегка завалившись на бок.
– И что теперь?
– Смотря что вы хотите, Руслан Игоревич. Антона Баландина для вас я нашёл, как и договаривались. Даже если он причастен к убийству вашей невесты, мы об этом никогда не узнаем.
– А Морошкин?
– У него могли быть другие враги, о которых вы даже не догадывались. Так что, думаю, больше расследовать нечего.
Откинулся в кресле, прикрыв глаза.
Чёрная папка, лежащая на столе, обжигала кожу, источая опасные флюиды. Быстро раскрыл её. Пробежался глазами по строчкам.
Оказывается, Баландин был ранен весной этого года в результате какого-то нападения. Нападавшего задержать не удалось, а его жертва скончался через сутки в реанимации, не приходя в сознание. Врачи сделали что могли, даже провели серьёзную операцию, но ничего не помогло.
Вот так. Просто и бесславно.
– Кто его убил?
– Дело не будет раскрыто. Киллера не схватили, найти его – не представляется возможным. Думаю, через пару лет спишут в архив и забудут.
Грязно выругался, проведя ладонью по лбу. Задумчиво потеребил мочку уха. Выжидательно посмотрел на Шарикова.
– Думаю, вам стоит начать жизнь с чистого листа. Это дело давно пора закрыть, Руслан Игоревич. Найдите себе хорошую девушку, женитесь, заведите детей.
– Может быть, вы оставите советы по устройству моей личной жизни при себе?
– Простите. Я просто решил дать дружеский совет.
– Не нуждаюсь.
Хмыкнул, проводя салфеткой по губам. Почему каждый человек, мало-мальски знакомый, считает своим долгом дать мне совет? Я что, похож на неопытного слепого котёнка, тыкающегося мокрым носом по углам?
Вытащил из портмоне пару купюр, бросив их на стол. Впился пальцами в кожаную папку.
– Это за кофе, Леонид Павлович. Оплату ваших услуг я произведу завтра, на банковскую карточку, как мы и договаривались.
– Руслан Игоревич, извините, если обидел…
– Оставьте извинения, как и советы, при себе. Всего хорошего.
Откинул стул в сторону, вскакивая на ноги. Бросился к выходу, чуть не сбив с ног официанта, который поспешил к нашему столику.
На сегодня с меня хватит глупых советов.
Пожалуй, единственное, что я действительно должен сделать – это перестать прятаться от Олеси и поговорить с ней начистоту. Кинул взгляд на наручные часы, отметив про себя, что Москвина, скорее всего, должна быть дома.
Отлично.
Прямо сейчас и решу все вопросы.
Лера
*****
– Олеся Владимировна, к вам можно?
Осторожно поскреблась в дверь хозяйской спальни. Задумчиво покусала губу, стоя на пороге в звенящей тишине. Втянула носом наэлектризованный воздух, прислушиваясь к тому, что происходит за дверью.
Полное отсутствие шума. Если бы не вторая горничная Лена, которая клятвенно заверила меня, что хозяйка до сих пор не спускалась из своей спальни, я бы ни за что ей не поверила. Сейчас эта звенящая пустота пугала меня до колик под лопатками.
Заставляла поёжиться.
Будет ли ругаться Москвина на то, что я сегодня опоздала? Надеюсь, что сможет войти в положение и не будет сильно кричать, всецело погрузившись в свои мысли о Ковалевском.
Интересно, как у них с ним дела?
А может…
Ледяная дрожь заставила меня чуть дёрнуться. Сцепить зубы до боли.
Надеюсь, из-за недопонимания с Русланом Игоревичем моя хозяйка не совершила какой-нибудь необдуманный поступок? И Ленка, тоже, хороша. Заметила, что Олеся Владимировна не спустилась ни к обеду, ни к завтраку и даже не забила тревогу. Не проверила, всё ли в порядке.
Полная кретинка.
Легонько надавила на ручку, всовываясь внутрь и бормоча про себя молитву. Видеть покойников совсем не входит в круг моих обязанностей, и я очень надеюсь, что мне не представится такая возможность.
Оглядела спальню. Окатила ледяным взглядом разобранную помятую кровать. Сделала шаг вперёд, поднимая с пола подушку, и остановилась, как вкопанная.
Свистящий стон вырвался из моего горла. Разорвался в пустоте, как динамит. Ударился об стены, рассыпавшись на мелкие кусочки моей жизни. Нет, Москвина вовсе не решила покончить жизнь самоубийством и она, скорее всего, отлично себя чувствует.
Просто великолепно. Шикарно.
Сглотнула слюну, вперившись взглядом в кусок материи, лежащий подле кровати. Как какой-то обезумевший зверь, сделавший стойку на жирную дичь.
Смятые, вывернутые наизнанку, мужские боксеры. Серого цвета, с фирменной эмблемой. Явно дорогие. Видно, мужчина срывал их впопыхах, охваченный страстью и не слишком беспокоился о порядке.
