— Тебе не понять этого, мальчик, — сказал кто-то за мной. — Такой удел избранных.
Я затрепетал от испуга, услышав знакомый голос, но всё же нашёл в себе силы развернуться.
Между стеллажами в проходе стоял молодой и ослепительно красивый мужчина:
— Я пришёл за тобой, Женя, — произнёс изменившийся до неузнаваемости дядя Лёня.
— Вы врун, живущий за счёт обманутых! — крикнул я.
— Стас, ты знал, что имеешь дело с колдуном, а умолчание некоторых фактов ещё не является враньём. Я дал Жене всё, о чём он мечтал, и даже немного больше. — Колдун улыбнулся. — Он сделал свой выбор по доброй воле. Пойдём, Женя, я провожу тебя к твоим братьям. Нам не место в городе.
Лёня положил руку на плечо Ханова и повёл к выходу. Я остался один. Прозвенел звонок. Нужно было вернуться к обычной жизни, но произошедшее выбило меня из колеи и отняло покой. Мне казалось, что Ханов пока не совершил поступков, за которые полагалась подобная ужасная расплата, и рухнувшая на него кара неимоверно жестока и несправедлива.
— Ты хотел этого? — спросила вошедшая бесшумно охотница.
— Неужели ему никак не помочь?
— Не помочь. Колдун прав, он сделал выбор. Женя отдал свою душу тёмным силам. Я это поняла, глянув ему в глаза. В тот миг, до сожжения… С виду Женя не отличается от других людей, но больше он не принадлежит роду человечества.
— И что с ним станет?
— Он станет ходить по лесу, понемногу покрываясь корой и теряя черты человека, а колдун получит пару 10-летий молодости. Женя уверен, что отдал жизнь во имя высоких целей, а не ради блага Лёни. Бессмертие нужно друиду для того, чтобы вечно защищать и оберегать божественные деревья. На молчаливых богов может посягнуть любой дурак с топором, и долг служителя оградить их от этого. Скажу между нами, твоего дружка погубило любопытство. Он не первый. Юных так и притягивает запретный плод. — Охотница чиркнула спичкой, намереваясь закурить, но вспомнила, что находится в школе и задула пламя. — Ладно, что смогли мигом поймать волосы. Они могли бы много кого искалечить.
— Неужели любопытство так дорого стоит? Женя никому не вредил, не сотворил ничего ужасного, лишь пытался узнать, как наш мир устроен… Я считаю, — это очень жестоко.
— Жизнь — горьковатый напиток из боли и жестокости.
Я наугад выдернул со стеллажа книжку и стал её пролистывать, не смотря на страницы.
— Почему вы позволили удрать им?
— Лёня никогда не бросит священную рощицу. Пока колдун не опасен, а я всегда смогу явиться за ним. Другое дело Орса. Её надо остановить в ближайшее время. — Алекса посмотрела в окно, затем на часы. — Теперь, голубчик, топай на урок, дисциплину школы не отменят даже после конца света.
— А конец света близко? — спросил я, в упор смотря на Алексу.
Охотница лишь криво усмехнулась и вышла из библиотеки.
***
— Тебя к телефону, — папа протянул трубку. — Тима Панкратов.
У родителей Панкратова был свой взгляд на воспитание сына, и они могли уехать на пару дней и оставить дом на его попечении.
Внезапный отъезд предков стал новостью номер 1, которую сообщил мне возбуждённый Тимофей. Новость номер 2 намного больше впечатлила меня, и я решил побыстрее пойти к Тиме в гости.
— Пап, Панкратов обещал объяснить мне новую тему по физике. Мне бы зайти к нему, по телефону многое неясно.
Папе нравился Панкратов, он поощрял нашу дружбу и потому охотно согласился отпустить меня в гости. Погода стояла дождливая и не располагала к прогулкам, налетал порыв ледяного ветра. Я так спешил, что чуть ли не сшиб группу людей, идущих по переулку.
Одна подозрительная особа отделилась от других и преградила мне путь:
— Ну, привет, племянник. Как поживает твоя тётушка?
Я попятился — это была та самая едва не убившая меня пару дней назад вампирша. По переулку торопились редкие прохожие, но ни один из них не горел желанием связываться с молчащей и зловещего вида компанией.
Упыриха поклала свою руку на моё плечо:
— Теперь не удерёшь.
— Простите…извините…вышло недоразумение, случайность…
— А ящиком тоже случайно заехал?
Я попытался заорать, но голоса не было. Всё происходило, как в ужасном сне. Клыки вампирши приблизились ко мне.
— Персифона, ты выбрала неподходящий момент для перекуса. — Из компании вампирш вышла невысокая личность, лицо которой скрывали поля шляпы и поднятый ворот куртки. — На сытый желудок ход мысли замедляется, пропадает стремление к цели и страсть. Оставь его!
— Послушай, Орса. — Упыриха, сжимавшая моё плечо, повернулась к говорившей. — Этот гад сопротивлялся! Его нужно прикончить за то, что он перечил воле вампирши! Мне его кровь не нужна — это вопрос послушания.
— На нас пялятся. Отпусти мальчишку!
Действительно, парни с собакой, стоявшие на тротуаре с противоположной стороны улицы, внимательно следили за нами и о чём-то перешёптывались.
— Мы встретимся после часа перемен!
Персифона толкнула меня в гору прелой листвы и пошла следом за остальными вампиршами. Не веря своему счастью, я вскочил на ноги и мигом помчался к дому Панкратова.
— На тебе нет лица! — вместо приветствия воскликнул Тимофей, открывший дверь.
— Встретил знакомую. Побазарили маленько. Она тут?
