Но почему Митя совсем не похож на своего отца? Наверное, тот на самом деле был двуличным: говорит правильные речи, притворяется приличным человеком, а на самом деле важнее для него собственные интересы. Ради них способен на все.
Где же Кирилл? Странно, что до сих пор не звонит, не приходит. Долгое отсутствие даже пугало. Что с ним, все ли в порядке?
Прогуливаясь по скверу, Мила заметила своих похитителей вместе с целой группой других мужчин во всем черном. Такое впечатление, что они задумали что-то скверное. И главное, не скрывают своей причастности к криминалу, открыто встречаются, нахально расхаживают вокруг обычных людей — женщин с колясками, пожилых людей, отдыхающих на скамьях.
Ей не хотелось попадаться на глаза тем, с кем познакомилась в таких ужасных обстоятельствах, вызывающих у нее до сих пор какое-то сосущее чувство где-то в области живота.
Полиция до сих пор оставила безнаказанным ее похищение. Жанна перед своим отъездом в Москву, не обращая внимания на протесты Милы, отнесла в полицию заявление о том, что случилось с подругой, о преступных действиях против нее. Не пожелала оставить ее в угнетенном состоянии.
Только несчастье, случившееся с Жанной, остановило ее действия по требованию найти виновников похищения, «заставило» полицию забыть о ее заявлении.
А другие преступления: организация покушения на Милу и Кирилла, причинение вреда фирме Ивана Захарова, конкуренту холдинга Федоровых — как быть с ними? Полиция снова не у дел. Им еще неизвестна последняя угроза бандитов, когда те вломились в квартиру с устрашающим предупреждением. Синяки Димки долго напоминали об этом.
Сколько же можно терпеть!? Даже Жанна махнула рукой.
У Милы созрела идея. Попросила Жанну свести с ее хорошим дружком, журналистом городской газеты Игорем Дрожжиным.
Они встретились в сквере. Мила продемонстрировала ему загипсованную руку и сказала, что с ней приключилась вовсе не бытовая травма, это было насилие.
— Хочешь материал для статьи?
— Смотря, какой, — ответил он и скептически оглядел ее руку.
Журналюга — так Миле хотелось его назвать, глядя на его реакцию. Это была реакция прожженного писаки. Хотя прическа у него забавная — зачесанные вверх русые волосы походили на петушиный гребешок.
Игорь не очень-то и обиделся, что Мила не читала его статьи. Это ее порадовало. От прожженного писаки не осталось ничего, когда он выслушал ее исповедь. Он спросил про ее психологическое состояние:
— А правду говорят, что похищенный, будь то ребенок или взрослый, испытывает тягу к похитителю? Хочет ему понравиться?
— Ну, не знаю. Наверное, от страха некоторые могут так себя вести. Я была уверена, что меня выручит мой друг. Надо было запастись терпением. И я ждала и не умирала от страха.
— А наезд, специальный, не случайный, не заставил тебя ненавидеть преступника?
— Для меня он был просто исполнителем. Его так и не нашли. Или плохо искали. А вот конкретного заказчика, конечно, возненавидела. Он заставил меня корчиться от боли, поставил в унизительное положение беспомощности. Хотя ненависть — это слишком сильно сказано.
На слова Игоря, что ему нужны доказательства, посоветовала обратиться к следователю Никитину. Дала его телефон.
Не особо веря в свою затею, Мила через два дня забыла об Игоре. Была занята одним — ждала Кирилла. И когда уже устала ждать, он появился. С газетой в руках.
Дрожжин неожиданно проявил журналистскую хватку и оперативность. Именно его статья в газете стала толчком к приходу Кирилла.
Не знала, радоваться приходу любимого или сделать вид, что ей все равно, пришел он или нет, вспомнил ее или уже бросил.
Но не понадобился ни один из этих сценариев, потому что Кирилл был разозлен и причиной его плохого настроения была она. Вернее, статья, которую она еще не видела.
— Мила, что ты сделала?! Зачем ты это сделала?! Почему не посоветовалась со мной?
— Как я могла посоветоваться с тобой, если тебя не было рядом?
На что он совсем обозлился:
— А мобильник на что? Его что, еще не изобрели?
— Я не хотела тебя беспокоить, отрывать от важных дел. И ты бы не расслышал мой голос.
Он смотрел на нее, как на нагадившего в его тапки кота. Но почему-то Мила не боялась его презрения, смешанного с гневом. Просто не понимала, что его так задело в статье.
Оказывается, статья полностью разрушила его планы.
— Я не посвящена в твои планы, — сказала она.
— Ты говоришь так, словно гордишься этим. Ты умная, я знал, что ты догадываешься, почему меня долго нет, верил, что ты на моей стороне.
«Удивительный он все-таки тип, — подумала Мила, — не понимает, что сам себе свинью подложил. Боялся, что я Мите проговорюсь? Или считал, что я не достойна знать его тайны?»
Но вслух ничего не сказала. Взяла газету и стала читать статью. Пока читала, он отмерял шаги по комнате и сосредоточенно о чем-то размышлял.
