— Да уж. Я успела оценить его таланты.
— Правда?
— Ага, он достал мое досье, которое сверхзасекречено — накладывая горячее в тарелки, рассказала я.
— Прохвост!
— Еще какой.
— Но, ты его не подозреваешь? — скорее утвердительно, чем вопросительно произнес агент.
— Я всех подозреваю. Просто Данте в меньшей степени. Особенно после того, как он притащился в участок. Марионетки Кукловода не работают настолько дерзко.
— Ты говорила, что все меняется — обжигая язык едой, Винс промычал с набитым ртом.
— Так сильно — нет. Кукловод не сумасшедший. В отличии от… тебя, скажем.
— О чем это ты? — округлил глаза Винс.
Что ж. Я тянуть не стану. Сказка кончилась еще полчаса назад, когда Винс ушел в душ и оставил пиджак на спинке стула в гостиной. Я не люблю рыться в чужих вещах. но еще больше я не люблю недомолвки. Такие, как я никогда не бывают кем-то приняты без особой причины. А Винс принял меня. Значит, у него были на то «особые причины». Конечно, я не думала, что все настолько банально и что будет так просто понять и узнать в чем секрет. Наверное, не узнай я, мы могли бы стать настоящими друзьями. А так… Нет, так я просто почти не подозреваю его, но не больше.
— О твоем армейском друге, бывшем сослуживце и наверняка человеке многому тебя научившем. Филтон, ведь, именно такой человек? Иначе ты бы не стал хранить в бумажнике под фотографией родителей его фото с тобой? — ну вот…
Винс как раз взял стакан с соком и сейчас стакан сжатый до предела в его ладони жалко хрустнув, разбился. Скатерть заляпал. Хорошо, что я очиститель купила, как знала, что понадобиться.
— Не думал, что ты настолько страдаешь паранойей, чтобы сразу начать шарить по моим карманам — в его голосе не было злости, разве что горечь?
— О да, я не просто страдаю, у меня мания преследования и страшная мнительность, к слову, прости, что рылась в твоем бумажнике. Но, согласись, сам бы ты ни за что не признался, отчего воспылал ко мне таким дружелюбием. А я, знаешь ли, не люблю теряться в догадках. Кстати, про фотку забыл или просто не успел убрать? — поддев кусочек мяса я стала тщательно его пережевывать, на самом деле мне просто не хотелось смотреть на Винса, лучше уж в тарелку.
— Забыл. И что теперь? Пошлешь меня куда подальше? — Винс последовал моему примеру и тоже пряча глаза продолжил трапезу.
— Зачем? Мне всего навсего хочется понять твои мотивы, что тобой движет? Месть? Вина? Чувство справедливости? И, если да, то к кому справедливости? — отложив вилку, я с усилием заставила себя посмотреть на Винса. Побледнел, но старается держаться уверено.
— Просьба. Эрик попросил меня. Он оказывается оставлял заметки, разные о людях ситуациях и о тебе. Когда, год назад я узнал, что «Браво» никакие не защитники, а просто твари, способные втаптывать в грязь тех, кому и так по жизни досталось, из отряда я ушел. В управлении меня приняли с распростертыми объятиями, все-таки отец был там на хорошем счету. А еще через пару месяцев я нашел записи Эрика. Он мне рассказывал о тебе, говорил обтекаемо и вскользь, но часто. Знаешь, ты ему нравилась, он верил, что ты сильная и несгибаемая. А потом случилось то, что случилось. Помню он после… В общем никогда не видел, чтобы человек так ломался. Будто это его сломали, а не тебя…
— Ты ври, да не завирайся. Твой Эрик в любой момент мог отказаться, мог сообщить в то же управление о происходящем. Но он выбрал самый легкий способ. Делать не задавая вопросов. Не спорю, поплатился. Сама видела, картинка не для слабонервных. Хотя, заслужил.
— Я не оправдываю его. Просто рассказываю. Эрик очень много писал о тебе и он знал, что его убьют. Поэтому в последней записи адресованной мне написал, что если когда-нибудь судьба сведет нас, я должен в отличии от него помочь тебе, а не пытаться прикрыться тобой, как пушечным мясом.
— Браво — я захлопала в ладоши — вот этого дружба! Поздравляю! Вот только, Эрик не учел одного, я скорее сдохну, чем приму от него какую-либо помощь.
— Заткнись и выслушай до конца! Да я и без всяких там просьб помог бы тебе! Что я не вижу, какая ты?! Мне все равно, кто и что говорит, ты — хороший человек, многое повидавший и со многим столкнувшийся, но оставшийся верен себе. И потому я не собираюсь бросать ни тебя ни дело о Кукловоде! Да! Признаю, я хочу отомстить за друга! Этот человек спасал мне жизнь, не раз спасал, а его выпотрошили, как свинью и никому, слышишь, никому не было дело до него! Его даже хоронили никому не сообщив о смерти! Гольфри, что б он сдох, этот сукин сын! Он знает, кто за всем стоит, но ничего делать не собирается. Организовал площадку для игр Кукловоду и ждет команды фас, от этого психа!
— Это версия или подозрения? — не обращая внимания на вскочившего и орущего Винса, я встрепенулась только на его последних словах.
— Версия… бездоказательная — понизил тон Винс и как-то сдулся.
— Мне она нравится. Логично. Когда Кукловод начинает играться, кто-то из верхов всегда об этом осведомлен и прикрывает нашего малыша. Гольфри на роль предателя вполне подходит. Но, учти, доказать это будет сложно.
