— Не просил? А как же та шлюха — японка? Научись уже держать свой член в штанах! Ну на кой черт тебе сдалась это малявка? У нее ни титек, ни задницы нет! Тебя что на детей потянуло? — чисто для виду ворчал Людовик, ему была глубоко безразлична судьба этой дурочки, что забилась под кровать и тихо пищала.
— Да все у нее есть! Сам посмотри! — возмутился Монти и одним рывком вытащил из под кровати упирающуюся девчушку, она была старше меня на год — два, но выглядела и впрямь, как ребенок. Может, все дело в том, что я раньше оформилась, а может и в том, что с моей жизнью нет ничего удивительного, когда начинаешь выглядеть старше.
Монтер, в подтверждение своих слов, сорвал с девочки пижаму и ухватил за полушарие слегка оформившейся груди. Не спорю, она достаточно созрела телом. Но, для Монти явно маловата в размерах, хотя, какая разница? Все равно она — труп, пока правда, ходячий еще.
— Детка, скажи ему. Иначе мне придется разрешить — посмотрел на меня Людовик, я как раз вышла из ванной, где весьма звучно освобождала свой желудок от ужина. Скольких бы он не убил, стоит мне быть свидетелем этого, блевать тянет неудержимо. А сегодня он убил всю семью светловолосой девчушки, что сейчас пыталась освободиться от алчущих рук Монти.
Я знала, что нельзя, просто нельзя, перечить и пытаться защитить девушку. А еще я знала, что ничем хорошим мои увещевания не кончаться и не только для девочки. Но, с каждым разом. я все больше уверяюсь, что собственные ошибки меня ничему не учат.
— Монти, отпусти ее. Она еще ребенок. Можешь убить, но издеваться-то зачем? Тебе ее совсем не жалко? Сколько ей? Четырнадцать? Пятнадцать? Хочешь, чтобы последним моментом, что она увидит в жизни стала твоя оргазмирующая рожа? — Монти не хуже собаки скалился на меня, но молчал.
— Достаточно! Я, кое — что придумал! — захлопал в ладоши Людовик. Что и требовалось доказать, я снова подкинула ему идею.
— Что на этот раз? — вздохнула я и попыталась избавиться от запаха блевоты, засунув в рот полпачки „орбита“.
— Выплюнь эту мерзость! Если так хочется чем-то рот занять, я найду ему более достойное применение! — подставил руку Людовик к моему подбородку, я с неохотой выплюнула ему в ладонь жвачку.
— У меня на языке вкус желчи, я не могу от него избавится без жвачки…
— Тогда будем портить зубки вместе — Людовик положил на язык мой „орбит“ и притянув меня к себе впился губами в мои губы, тут же протолкнув язык с жвачкой в мой рот. Это не был поцелуй. По крайней мере такое поцелуем может назвать только конченный мазохист. Он кусал мой язык зубами, жевал губы и не давал избавиться от чертовой жвачки забивая ее мне в глотку. Это было очень больно и мерзко. Дышать ни ртом, ни носом не получалось. Я закашлялась, когда подавилась жвачкой и попыталась отпихнуть от себя Людовика. Только, когда я начала задыхаться от отпустил, я упала и сплюнула слюну вместе с ненавистным куском мятной резины. Хороший урок. Никогда не перечить и не оправдывать свои действия.
— Хозяин… — робко напомнил о себе Монти, вынуждая Людовика отвлечься от меня.
— А… Ты еще здесь. Делай с ней, что хочешь. Даю тебе, скажем, дня три, пока мы в этом городе. Если она не попытается сбежать, можешь оставить девчонку в живых. А сейчас, мне есть чем заняться помимо тебя. Пшел вон! Детка, на чем мы остановились?…»
Как показало время, Натали сбежать не пыталась или же она просто слишком понравилась Монти? Но факт остается фактом, он ее не убил и даже отпустил.
— Я тебя умоляю! Сколько можно лелеять прошлые обиды, будь выше — и вот они вогнали меня в то состояние, которое привил Людовик — «леди». Игривое, стервозное и слегка сумасшедшее.
— Не уходи от темы, для чего ты делишься с нами информацией? — Грин не дал нам с Натали пообщаться.
— Потому, что как не прискорбно мне это осознавать, но ваша шайка пополнилась еще одним участником — мной. Игра будет командной.
— Ты это серьезно? — он даже улыбнулся, крайне зло, надо заметить.
— А то! Я шутить не люблю и шуток не понимаю. Поэтому все, что сейчас скажу будет очень серьезно. Мы влипли. Это надо признать и подумать о другом. Как теперь быть? Один из вас, точно не я, иначе бы здесь не сидела, тесно связан с Кукловодом и один из вас уже запачкал свои руки в крови. Я даже могу сказать кто, без особой уверенности, но могу.
— Так скажи! — встрепенулся Ник.
— Не хочу — невинно просветила я.
— Ник, кому ты веришь? Этой чокнутой суки просто нравится потешаться над нами. Наверняка, она время тянет и скоро здесь появятся ее дружки! — Натали вскочила со стула и обвинительно ткнула в меня пальцем.
— Милая, успокойся, дыши глубже. Они мне такие же дружки, как и тебе. Уж поверь будь я с ними в хороших отношениях, никогда бы вас здесь не собрала. Но, мне некогда оправдываться. Тем более, когда кто-то из вашей «великолепной» пятерки общается с Кукловодом.
— Почему ты считаешь, что кто-то с ним связан? — занервничала Натали, оставив вендетту «на потом» и присев на парту.
