Сергей навещал жену каждый день в отведенное для визитов время. Марибель уже отошла после первого шока, была спокойна и могла в какой-то мере адекватно воспринимать его слова о том, что она обязательно выздоровеет. Хотя мировая практика и статистика говорили об обратном, у Сергея были основания надеяться, что даже в этом случае есть шанс.
Несколько остававшихся до операции дней, возвратившись из больницы, где сама обстановка напоминала о, казалось бы, неизбежном грустном финале, Сергей включал компьютер и копал, копал, копал информацию. Как на славских, так и на эспаноязычных сайтах, о сорологии вообще и, в частности, об этой злосчастной мультиформной глиобластоме, по крупицам собирая малейшие намётки на надежду. Зарегистрировался на одном из форумов, где собрались люди, искавшие такую же надежду.
А надежды на благоприятный исход были весьма призрачные. Популярная интернетовская энциклопедия – вакапедия – выдала удручающее определение всей этой области медицины:
«Сорология – раздел медицины, изучающий доброкачественные и злокачественные опухоли, механизмы и закономерности их возникновения и развития, методы их профилактики, диагностики и лечения. Сорологические болезни представляют собой обширный и разнородный класс заболеваний.»
А то, что касалось мультиформной глиобластомы, вообще, означало неминуемую смерть через пару лет:
«Мультиформная глиобластoма – наиболее частая и наиболее агрессивная форма опухоли мозга… Причина большинства случаев неясна… При лечении может применяться химиотерапия, лучевая терапия и хирургическое лечение… Медиана выживаемости для пациентов, в отношении которых применялась лучевая и химиотерапия с темозоломидом, составляет 15 месяцев. Медиана выживаемости без лечения составляет 3 месяца, в то же время довольно часто пациенты проживают 1–2 года. Хотя серьёзных исследований эффективности хирургического лечения при данном заболевании не проводилось, хирургия остаётся стандартным методом лечения …»
А заглянув в раздел «Генетические нарушения при глиобластоме», Сергей чуть не потерял сознание. Вспомнилось, что говорила девушка-соролог в ту роковую ночь:
«Наиболее частые генетические нарушения при первичных глиобластомах – это: утрата гетерозиготности, затем амплификация, мутация, гомозиготная делеция и ещё мутации.»
Открыл статью вакапедии о мутационной теории сорогенеза:
«Мутационная теория сорогенеза – учение, согласно которому причиной возникновения злокачественных опухолей являются мутационные изменения генома клетки. В настоящее время эта теория является общепринятой. В подавляющем большинстве случаев злокачественные новообразования развиваются из одной опухолевой клетки, то есть имеют моноклональное происхождение.»
*
О сорологии знали все, но никто не вникал в подробности до тех пор, пока эта напасть не касалась его лично. Да и то, соробольной и его родственники узнавали только те подробности, которые им рассказывали лечащие сорологи. А в подробности сорогенетической теории, объяснявшей причину болезни, и согласно которой велось одинаковое лечение во всём мире, вникать мог, разве что, особо дотошный родственник несчастного, у которого хватало самообладания и свободного времени, а также некоторых базовых познаний медицины. Но и в этом случае, столкнувшись со специфическими заумными для простого человека терминами и понятиями, этот искатель истины оставлял свои попытки.
Единственное, что отпечатывалось в голове и больного, и его родственников, это то, что опухоль образуется в результате мутации одной клетки организма, которая стала безостановочно делиться.
В такой ситуации безнадёги люди, обычно, цепляются за малейший шанс, идут на самую маленькую искорку света в конце тоннеля. А получив окончательный и безоговорочный приговор медиков о неизбежном скором конце, теряют голову и соглашаются на что угодно, на любые чудодейственные методы, невзирая на их очевидную абсурдность. Вот тут и наступает очередь всяких шарлатанов и подозрительных целителей.
Сергей уже достаточно хорошо узнал характер своей жены, чтобы понять, что никакие сомнительные предложения по поводу лечения не пройдут. И это был огромный плюс. Это означало, что если найдётся выход, то он будет с двойной гарантией – верой в успех обоих. Верой в то, что есть шанс выйти из этого смертельного тупика, и что выход этот – достоверный, научно обоснованный факт, а не какое-то чудодейственное средство типа поедания жареных жаб, настоянных в моче.
И Сергей копал, копал, копал… Приходилось переводить кучу материалов с русского на эспанский, и в очередной его визит в больницу они обсуждали все детали новой информации. Слава богу, на эспанском языке в интернете тоже было много интересного материала по сорологии. Сергей распечатывал всё это и отвозил жене. Нужно было спешить. Нужно было поднимать настроение упавшей духом Белке.
