— Все объяснения по ходу дела, — процедила Эва, подошла к Тинарии, оценивающе осмотрела её и пробормотала: — Думаю, всё получится. Размер у нас одинаковый, волосы у обеих светлые, глаза светлые, значит мои платья тебе подойдут, и ты не будешь выглядеть в них нелепо. С памятью у тебя тоже всё в порядке, значит и этикет ты вспомнишь.
Эва обернулась к горничным и поманила девушек изящным пальчиком.
—Так, мои милые, быстро переодеваем Тину в моё бледно-голубое платье и преображаем в леди.
В несколько рук горничные стали раздевать опешившую Тину. Фартук, платье, сорочка полетели на кровать Эвы, и уже через мгновение девушка стояла в одном нижнем белье. Даже шпильки из строгого узла на затылке успели вытащить, от чего красивые тяжёлые волосы рассыпались по плечам.
— Да в чём дело?! Может, объяснишь?! — возмутилась Тинария, выйдя из ступора и отпихивая от себя горничных. И Эву тоже, хотя та и сверкала возмущённо глазами.
— На несколько часов станешь мной. — Глаза Эвы лихорадочно заблестели, а щёки разрумянились.
— Здрасьте, — изумлённо уставилась на молочную сестру Тина. — С чего это? Мне заняться, что ли, нечем? У меня полно работы!
— О, Боги! — взвыла мисс Эвелина и топнула ножкой. — Тина, душа моя, можешь хотя бы на сегодня забыть свой говор, работу и вспомнить всё, чему тебя учили на уроках вместе со мной?
— Ты можешь объяснить нормально? — Тина скрестила руки на груди, не давая горничным надеть на себя платье Эвы. — И вообще, уроки я прогуливала, ведь на них была такая скукота.
Мисс Эва выразительно закатила глаза, поджала губы и резко проговорила:
— К нам в поместье приехал мой жених, лорд Эдвард Дарлин. Сейчас он ждёт в гостиной.
Лицо Тины от удивления вытянулось.
— Ты знаешь, как я отнеслась к решению отца без моего согласия выдать меня за него замуж. Знаешь, что потом я смирилась и ждала его. Впрочем, уверена, все знают, — вздохнула мисс Эва, а все четыре горничные стали смотреть куда угодно, только не на свою мрачную мисс. — Прошло шесть месяцев с момента соглашения… Шесть! Месяцев! А этот… этот… — Эва заставила себя успокоиться, сделала вдох, выдох, сжала пальцы в кулаки, — этот так называемый жених впервые появился. Сделал, наконец, одолжение, — Эва некрасиво скривила губы, в глазах заблестели слёзы обиды.
Тина переглянулась с одной из девушек, потом с другой. Во взглядах горничных отражались одни и те же эмоции — сочувствие к госпоже и возмущение поведением её жениха. Все работники поместья Стренджей помнят тот день, когда лорд Стрендж вернулся из долгой поездки и «обрадовал» дочь известием о договорном браке с лордом Эдвардом Дарлином.
Тина в ту минуту находилась рядом с Эвой и прекрасно видела ошеломлённое лицо госпожи и подруги.
— Что, отец? — переспросила девушка и, кажется, вспыхнула от макушки до самых кончиков пальцев.
— Я договорился о твоём браке с лордом Эдвардом Дарлином, капитаном королевских гвардейцев. Как только тебе исполнится восемнадцать лет, вы поженитесь, — охотно повторил лорд Стрендж.
Тина тогда с удивлением наблюдала за подругой. Эва поднесла ладошки к горящим щекам и медленно опустилась в кресло. Ноги, что ли, перестали держать? Видимо, от счастья. Ну, так Тина сначала решила. Как вскоре выяснилось, очень опрометчиво.
— С тем самым, пап? — прошептала Эва глухим незнакомым голосом. И это сразу насторожило Тину.
— С тем самым, дочь! — широко улыбнулся лорд Стрендж.
— С героем войны? — тихо уточнила Эвелина.
— С ним.
— С капитаном гвардейцев короля?
— Да!
— И о помолвке уже объявили?
— Объявили!
Несколько долгих минут в помещении стояла тишина. А Тинария с интересом наблюдала, как меняется выражение лица подруги, и на всякий случай отошла от Эвы на несколько шагов в сторону, — благо, она очень хорошо знала молочную сестру.
— Без моего согласия, отец?! — зашипела Эва змеей. — Да как ты посмел?! — вдруг взвыла она.
— Солнышко… — растерянно промямлил лорд Стрендж, меняясь в лице, а Тина… трусливо сбежала.
Да и все, кто тогда находился рядом с той комнатой, где находились отец и дочь Стренджи, тоже сбежали. Потому что жить хотелось всем. А вот лорд Стрендж не успел скрыться, хотя тоже собирался, — Тина в этом не сомневалась. Но Эва успела намертво вцепиться в сюртук отца.
Крик, или скорее визг, Эвы стоял на весь немаленький дом Стренджей, а в том самом кабинете, в котором лорд Стрендж сообщил любимой дочурке о замужестве, не осталось ни одной целой вещи, если она билась или ломалась. И ни одного целого окна.
Лорд Стрендж потом много раз спрашивал Тину:
— Тинария, дитя моё, ну скажи мне, почему я не рассказал Эве о замужестве в лесу? Или в поле? А ещё лучше — в пещере какой? Или в подвале? Вазе из Франии было тысячу лет, а та статуэтка осталась единственная от династии Тинь.
— Наверное, не ожидали такой бурной реакции? — подсказывала Тина.