Голова спросонья работала скверно, отделить свои ощущения от чужих получилось с третьей попытки, не меньше. Я сделала купол более рассеянным, не уменьшая радиус…
— Там… в море. Девушка умирает. — Горло у меня точно удавкой перехватило. — Тейт, что делать?
Он не размышлял ни секунды.
— Лежи, я пока разбужу Ригуми, — распорядился он и выполз из-под одеял.
Мастер проснулся быстро и, к моему удивлению, вовсе не разозлился. Только спросил меня, хочу ли я оставить всё как есть — или попытаться спасти девушку.
Как будто здесь вообще можно выбирать.
Умирающая находилась в полутора километрах от берега; её уносило течением, причём довольно быстро. Мне пришлось приглушить купол; это была уже не просто боль, а агония. На помощь отправились Лао и Маронг на летающей платформе.
Они передвигались быстро, но всё-таки не успели.
Искра сознания угасла.
18
Чёрные волны накатывали на чёрный берег.
То есть, конечно, вода была прозрачной, а песок — красно-оранжевым, но в темноте цвета воспринимались иначе. Особенно сейчас, когда я изнывала от неизвестности и мрачных предчувствий. Спасательный отряд немного задержался: Лао нырнул за утопленницей и почему-то не сразу сумел её вытащить. В голове у него промелькнул образ чего-то неприятного, но преодолимого.
Маронга это "что-то", впрочем, изрядно напугало.
— Жалеешь, что не пошла с ними, Трикси-кан?
Лучи иллюзорного солнца раскрасили песок и волны — и точно вдохнули в них жизнь. Я на мгновение прикусила губу от переизбытка эмоций.
Спокойно, Трикси. Ожидание сейчас — не просто самый логичный выход, а единственно возможный.
— Нет, Шаа-кан. Вряд ли от меня была бы там польза…
— Верно, — согласился мастер и, поведя рукой, проложил световую дорожку от кромки воды и до самого лагеря. — Возвращайся, я их встречу. И проследи, чтобы Кагечи Ро выпил крепкой шерги. Его таланты мне скоро понадобятся.
В душе робко шевельнулась надежда.
Во-первых, если он так говорил — значит, оставался шанс спасти девушку. Во-вторых, "мне" вместо "нам" означало, что созидающий совершенство обязательно поможет, потому что от просьб мастера не отмахиваются.
Видимо, Кагечи Ро предчувствовал нечто подобное, потому что без лишних напоминаний разогрел вчерашнюю шергу, добавил в неё пару капель подозрительной синей жидкости и теперь цедил напиток, кутаясь в одеяло. Айка мелким шрахом скакала вокруг, доставая идиотскими вопросами. Тейт, который тоже не отличался долготерпением, и вовсе сбежал — как он сказал, "на разведку", но, думаю, просто размяться.
Немного поразмыслив, я подсела к Лиоре. Не к Итасэ же в компанию набиваться… Где он, кстати? Не видно…
— Проверяет окрестности, — ответила Лиора на невысказанный вопрос и зябко передёрнула плечами. Без шарфа, одетая во всё тёмное, она казалась хрупкой и уязвимой. Темнота плескалась вокруг костра, то наступая, то отползая; она казалась живой и дышащей — этакий огромный айр, бездушное существо с агрессией, забитой в подкорку.
Вдоль позвоночника холодок пробежал.
— Думаешь, это может быть ловушка? — указала я на тёмный океан вдалеке.
— Вполне возможно. — Блондинка прищурилась на огонь. — Но тогда выходит, что кто-то знал, что среди нас есть внимающие и поющие. И был уверен, что мы не пройдём мимо, а бросимся спасать незнакомую девчонку.
На душе заскребли кошки. Неужели я со своей цивилизованной сострадательностью втравила всех в неприятности…
— А без моей просьбы не бросились бы?
— Мастер Эфанга бы этого делать не стал, — нейтральным голосом произнесла она, однако не сдержалась и поморщилась. — И своим подопечным бы не позволил. Другие… Не знаю.
— А ты? — не удержалась я от вопроса.
— Разумеется, осталась бы на берегу, — высокомерно солгала Лиора.
Губы у меня против воли растянулись в улыбке.
Айка вдруг замерла, втягивая солёный воздух. Узкие ноздри хищно затрепетали.
— Идут!
Вдали, над самой кромкой воды, снова разлилось золотистое солнечное сияние. Этот островок полдня в ночи сначала немного повисел, покачиваясь из стороны в сторону, а затем двинулся к лагерю. Не сразу стало ясно, что возвращаются только двое.
— Где Лао? — резко спросила Лиора, когда они приблизились.
Вот спасибо…
Самой мне было слишком страшно спрашивать.
— Обследует глубины, — ответил Маронг негромко. Между ним и мастером Ригуми колыхался белесоватый кокон. — Ты можешь проверить окрестности по-своему? И ты, Трикси-кан, — обратился он ко мне вдруг.
— Прямо сейчас, — вмешался Ригуми. Взгляд у него был острым, сосредоточенным. — Мне не понравилось тело. Я хочу поговорить с этой женщиной, Ро-кан, — добавил он, указывая на кокон.
Кагечи Ро вскочил на ноги, прижимая руку к груди:
— Для меня будет удовольствием показать вам своё искусство, Шаа-кан.
