Сначала надо сосредоточиться.
Изрядное количество сил оттягивали внутренние слои купола — обманчиво непрочная неориентируемая поверхность и плотная скорлупа под ней. Так, первым делом — отменить и то, и другое. На эмпатов эти двое не похожи, а меня может и не хватить на две попытки, так что размазать их нужно с первой.
Купол перестроился неохотно; похоже на то, как трудно бывает разжать кулак, зажатый несколько часов подряд. Но вроде бы получилось… Отлично. Теперь — захватить в тиски чужое сознание и потихоньку ввинтить туда концентрированные воспоминания о пытках Итасэ. И проблемы начались почти сразу — эмоции и намерения я ощущала, а вот нащупать сознание не могла, словно рыбу ловила голыми руками. Вроде что-то существенное есть, двигается медленно, а удержать невозможно.
— Не могу, — наконец выдохнула я, чувствуя, что ещё немного — и попросту отрублюсь. — Нужно поближе подпустить. И дать мне минуты три в относительном покое, чтобы докопаться до сознания "иглой". Широкий купол их не цепляет.
— Значит, дерусь я, — спокойно откликнулся Тейт. — Если они не атаковали до сих пор, значит, дерутся в ближнем бою. А это всегда быстро, времени, чтоб собраться, не будет.
Щёки у меня вспыхнули.
Отчего-то после осознания собственной беспомощности стало не страшно, а стыдно. Вообще эти двое свободных по ощущениям напоминали мне кое-кого — мастера Таппу. Я, конечно, не копалась у него в сознании, но уж больно знакомо скользкое чувство, когда щита нет, а вместо мыслей наталкиваешься на пустоту. Элементы подобной техники присутствовали и у рыжего, который иногда начинал действовать на чистых инстинктах, и даже у Айки.
Надо будет потом расспросить Лиору поподробнее. Может, она знает больше. Если нет — рискну поинтересоваться у Оро-Ича. Если доживу, конечно.
Внезапно туннель оборвался; мы с разбегу влетели в пещеру, залитую ярким дневным светом — значительная часть свода отсутствовала. Сюда даже долетали отзвуки взрывов и крики; видимо, Ригуми Шаа ещё не закончил свою схватку. Запах сырости, присущий подземельям, трансформировался в пронзительную ледяную свежесть. Стало холодно, словно температура упала ниже нуля, зато сквозняк пропал.
Когда я проморгалась, то не поверила глазам: камень под ногами был покрыт слоем слежавшегося снега, стены на три человечески роста вверх побелели от инея. Аккурат под дырой в сводах находилось озерцо, неширокое, всего пятнадцать или семнадцать метров, но, кажется, весьма глубокое. И, готова спорить, обжигающе холодное.
Рыжий поставил меня на ноги и метнулся к озерцу. Принюхался к воде, попробовал на язык:
— Чистая, — качнул он головой. — Они далеко?
Я прислушалась, прикинула скорость передвижения.
— Будут здесь секунд через двадцать.
— Держись позади меня, — коротко приказал Тейт.
Мы только успели поменяться местами; свободные заявились даже раньше. Я ощущала их — но не видела, слышала.
И рыжий тоже.
Когда они возникли в проёме туннеля, всё, что мне удалось уловить — местоположение. Купол по-прежнему не цеплял сознания свободных.
От Тейта пахнуло растерянностью:
"Где?.."
Мысль обожгла, как горсть горячей золы в лицо.
Старший из свободных, мужчина, рванулся к нам, и время точно растянулось.
…девять шагов…
Рыжий их не видит. Но я-то — да… почти.
Я не могу зацепить их, но знание — тоже оружие.
Мне придётся стать глазами?
…шесть шагов…
Шрах, надеюсь, этого хватит.
Связь с Тейтом я установила рывком — по уже налаженным каналам, глубокую, на пределе возможностей, спаивая наши разумы в один.
Пусть он простит меня за это потом.
…три шага…
"Смотри".
Атаковать Тейт не успел — но сумел увернуться от удара.
Веером взметнулась каменная крошка, колючий снег и капельки воды. Я перекатилась в бок, рефлекторно проворачивая фокус, который уже опробовала на мастере Оро-Иче: отойти, запустить в стороны свои копии, прикрыться иллюзией и уповать на удачу.
Рыжий не видел врага, не слышал, не ощущал запаха или тепла тела, но даже примерного указания на место в пространстве ему оказалось довольно. Всё, что я могла — это держать купол и связь, дышать в унисон с ним, думать… и чувствовать, как зарождается — в нём или во мне? — жгучая, болезненно-напряжённая энергия, нарастает взрывообразно и вырывается наружу…
…как взрыв.
Громыхнуло так, что уши заложило. Половина снега превратилась в воду, грязную, горячую. Я вскрикнула, выдавая себя — и тут же атаковала женщина-маг, быстро и жёстко, прямо голыми руками. Увернуться не получалось; где её реакция и где моя!
Но можно ведь защититься.
Сейчас у меня не две руки… а четыре?
Тейт ударил из слепой зоны, когда женщина была уже в полушаге. Меня снова окатило чем-то горячим, но уже не водой. Я — он, мы? — откатилась, ощущая вновь зарождение той самой опасной энергии глубоко внутри. Те, двое, которые враги, были ещё живы. Мужчина — опасен, а женщина обречена, потому что теперь она пахла резко и сильно, а значит до неё стало легко дотянуться.
Энергия вырвалась; взрыв расплескал озерцо, иней сошёл со стенок, и они стали красно-чёрными.
