– Двадцать тысяч фунтов? – не унималась Хелен. – Ты могла получить
– Хелен, умоляю! – вскричала Джейн.
Как ни удивительно, она посочувствовала тетке. Носить в себе такую ненависть! Лелеять ее в своем сердце со страстью, пожирающей изнутри!
– Я прощаю вас, – сказала племянница.
– Что?! – не поверила своим ушам Хелен.
– Если не прощу, то зачахну так же, как чахнет она, – объяснила Джейн.
У дяди Рида вырвался вздох облегчения. Он взглянул ей прямо в глаза, словно увидел впервые.
– Джейн Эйр, ты удивительная девушка. Из такого неказистого ребенка выросла такая…
– Я люблю вас, дядюшка, – ответила она. – Теперь, когда все кончилось, надеюсь, вы сможете благополучно уйти.
Тот кивнул.
– Береги себя, моя хорошая.
Она смочила платок в тазике у изголовья теткиной кровати и положила его ей на лоб.
– Теперь поспите, тетушка. И знайте – я не держу на вас зла.
Джейн и Хелен вышли, оставив дядю Рида одного прощаться с женой.
Когда они вернулись в Торнфилд, все гости уже разъехались. Джейн ожидала, что мистер Рочестер тоже отправится куда-нибудь на «вылазку», но миссис Фэйрфакс сказала, что он в усадьбе.
– …Хотя, думаю, это ненадолго, – заметила она за вечерним чаем. – Помолвка, похоже, должна состояться очень скоро. Ингрэм-парк всего в сутках езды отсюда, и я уверена, что хозяин не преминет отправиться туда поскорее. В самое близкое время.
Джейн нахмурилась.
– Что случилось, дорогая? Вы почти не прикоснулись к печенью.
Тем же вечером мистер Рочестер встретил Джейн в библиотеке.
– Мисс Эйр! Ну наконец-то. Что задержало вас так надолго?
– Я отсутствовала всего три дня, – заметила Джейн. Вернуться раньше она просто физически не смогла бы.
– Это очень долго! Ну, пойдемте прогуляемся. Вечер сегодня чудесный.
Они вышли в сад, и тут Джейн отчетливо поняла, что больше не вынесет пытки неизвестностью. Все, что угодно, могла она выдержать – тетю Рид, «украденного» дядю, даже брак мистера Рочестера с другой, – но только не неизвестность.
Хелен указала пальцем прямо в грудь владельца поместья.
– Вы женитесь на мисс Ингрэм, да или нет?
Подруга знаком велела ей замолчать. Хотя, в сущности, привидение действовало правильно.
– Сэр, – начала Джейн, – я бы хотела прояснить для себя свое будущее в вашем доме. Боюсь показаться неделикатной, но должна ли я подыскивать себе новое место?
Мистер Рочестер остановился под деревом, чьи длинные ветви отбрасывали густую тень на траву.
– Джейн, как вам известно, я скоро женюсь. – Он запустил руку в карман, извлек оттуда бархатный мешочек и развязал на нем шнурок. Внутри оказалось жемчужное ожерелье. – Это подарок будущей миссис Рочестер. Как он вам, нравится?
Джейн нахмурилась, представив себе это украшение на Бланш Ингрэм.
– Очень хорошо подойдет к ее птичьей шее… То есть… очень ей пойдет. – Таким, как Бланш Ингрэм, все идет, что на них ни надень. – Значит, я подаю объявление…
Рочестер хмыкнул.
– Послушайте меня, мисс Эйр. Мне кажется, что от вашего ребра к моему тянется невидимая нить, и тянется она сквозь все сословные и возрастные различия. Если вы найдете себе другое место и оставите меня, в моей груди откроется рана, и я истеку кровью.
– Что вы хотите этим сказать? – спросила Джейн.
– Звучит вполне очевидно, хотя и отталкивающе, – оценила Хелен. – Он истечет кровью!
Мистер Рочестер опустил ладони на плечи Джейн.
– Я не хочу жениться на мисс Ингрэм.
– Что, простите? – Она подняла глаза.
– Я хочу жениться на вас.
Хелен ахнула:
– Что?!
Рочестер взял Джейн за руку.
– Пожалуйста, Джейн, ответьте мне «да». Не отвергайте меня.
– Нет! – сказала Хелен и хотела было взять подругу за другую руку, но, естественно, только прошла сквозь нее. – Прошу тебя, мой самый добрый, самый старый друг. Не отвечай ему сразу!
Джейн в отчаянии переводила взгляд с Рочестера на Хелен, и снова на Рочестера, и снова на Хелен. В нем были сосредоточены все ее мечты. Высок. Смугл. Задумчив. Но и не лишен склонности к обману, и временами буквально сводит ее с ума, и что-то явно от нее утаивает.
– Пожалуйста, Джейн, – повторяла Хелен. – Ради меня. Скажи, что тебе нужно время подумать.
Он красив и обаятелен, и миссис Фэйрфакс говорит, что «вспышки гнева у него случаются не слишком часто».
Однако мистер Блэквуд с Шарлоттой сомневаются в его добрых намерениях и даже считают его дурным человеком.
Хотя она, несомненно, влюблена в мистера Рочестера, немного времени на размышления не повредит.
– Сэр, я подумаю над вашим предложением.
Владелец поместья, казалось, не поверил своим ушам.
– Что? – Он еще сильнее сжал ее руку. – Джейн, я еще никогда в жизни не был так искренен, как сейчас с вами. Скажите, что верите мне.
Девушка попыталась высвободиться, но его хватка только усилилась. (Да-да, мы все понимаем. Тут впору содрогнуться.)
– Пожалуйста, сэр, дайте мне одну ночь, чтобы прийти в себя и собраться с мыслями.
Рочестер с шумом выдохнул воздух через ноздри. Теперь он уже не говорил, а сердито рычал:
– Проклятье, Джейн! Неужели так трудно просто сказать «да»?!
