Она стала моим наваждением, моей страстью, но как завоевать эту крепость, если она ведет себя со мной, как самая настоящая Снежная королева?! Я бы мог стать похотливым зверем и не слушать ее «нет». Я бы мог соблазнить ее и сделать своей, но есть одно большое «но»! Моя мечта является моей начальницей и любое отклонение от правил грозит увольнением. И все же, соблазн слишком велик, чтобы отказаться от своих желаний.
Утро понедельника было волнительным, я проснулся ни свет ни заря, принял душ, выпил кофе и поехал в офис. Я приехал раньше всех, доделал работу, которую отложил в пятницу и сидел как на иголках. Мне было интересно, как она будет говорить со мной, что будет говорить, может вообще захочет снова поцеловать меня. Эх, мечты-мечты. Улыбаясь своим мыслям, я доделал еще какую-то работу, а затем краем уха услышал, что начальница на месте. Сердце забилось сильнее. ― Кто-то пойдет к ней? Я доделал работу, но не хочу идти к начальству на ковер. ― Давай я отнесу, мне документы все равно нужно показать и уточнить еще пару деталей. ― я сказал это словно у меня нет выбора и мне правда надо идти к начальнице и огребать.
Я не хочу палиться, тем более пока вообще ничего не ясно между нами. Я взял все необходимые папки и направился к ней в кабинет. Перед тем как зайти, я уточнил у секретаря свободна ли она, а после постучал. Я вошел внутрь и закрыл за собой дверь. Стоило увидеть ее, как стало на душе хорошо, я смотрел не в силах сдержать мечтательной улыбки. ― Прекрасно выглядите, мисс Доусон. ― я сделал искренний комплимент и подошел ближе, протягивая ей папки. — Это то, что я должен был доделать и Себас…
Я не успел договорить, так как взгляд упал на ее руку и меня словно ударило молнией. Это тот самый цвет лака для ногтей с фотографии у Хитклиффа и тот самый браслет. Я рассматривал его фото и узнал его! Это, блять, была Роуз! То есть выходные она провела с ним. Мой взгляд от руки переместился на ее лицо. Теперь я уже не был так доволен и счастлив от того, что вижу ее. Разгон от счастливого мужчины до одержимого ревностью Отелло произошел за считанные секунды. ― То есть я с тобой пытаюсь поговорить, ты морозишься, а сама при этом валишь с этим мудаком на отдых? ― я даже не пытался сдержать себя, эти эмоции зашкаливали настолько сильно, что я даже не парился о том, что нас услышат.
Я со всей душой к ней, а что она?! ― Что?
Делает вид, что не понимает о чем я. — Не надо мне врать! ― я кинул папку и оперся руками о стол, яростно глядя на ее. — Ты была с Найтом на этой сраной рыбалке! Я видел фото, твои ногти, браслет… Это, блять, была ты… Серьезно?! Я тебе открываюсь в чувствах, пытаюсь с тобой поговорить, а ты валишь с ним?! Ты врала мне о том, что между вами ничего нет, а в итоге это нихуя не так и после этого ты мне будешь пиздеть, что дело не во мне?!
Меня было слишком сложно остановить. Я был так заведен, что меня аж потряхивало от злости, держу пари, что войди он сюда, я наброшусь на него, изобью, что есть силы и мне будет похуй, если меня уволят.
Рэймонд
Уже три с половиной месяца я — жиголо. Эпично, не правда ли, но жизнь преподносит порой и не такие сюрпризы, из-за которых ты можешь стать тем, кем, казалось бы, и не думал. Мою сестру сбил на большой скорости какой-то урод, хуже всего, что он оставил ее там лежать, на холодном асфальте, к вечеру остывшем от жарких лучей солнца. Она была одна, не могла пошевелиться, не могла позвать на помощь, она была одна… Она парализована и врачи до сих пор квалифицируют ее состояние, как тяжелое, каждый раз беря трубку, я боюсь, что мне скажут то, к чему я никогда не буду готов. Мама загремела в больницу с сердечным приступом от того, что происходит в нашей семье. Я остался один, один из тех, кому нужно зарабатывать на лечение обеих главных женщин в моей жизни. Я пойду на все, я сделаю все, я не буду брезговать ни единой грязной работенкой, а главное, я перестану осуждать других, ведь за мной порой был такой грешок. Жизнь меня, можно сказать, поставила раком. Но, надо признать, в новой работе есть и свои плюсы. Я люблю секс, но теперь это не просто увлечение и способ получить удовольствие, это работа прежде всего. Я сплю с женщинами за деньги, причем за немалые. Я удовлетворяю тех, чьи мужья утратили свои мужские качества, кто остался один, кому просто не хватает того, что ему преподносит его половинка. Измены, похоть, вожделение… Каждому свое я больше никого не сужу.
Долгий звонок вытащил меня из царства Морфея. Я еще спал, но кто-то настойчиво пытался добиться аудиенции с моей персоной. ― Да? ― сонно бубню в трубку, даже не глянув кто звонит. ― Работенка на четыре часа, в отеле «Plaza», номер 303… Просыпайся, уже обед. ― Я немного за… трахался… ― на самом деле я имел ввиду, что вчера я после того как навестил сестру поехал к маме домой и починил раковину, которая потекла у нее в ванной.
Звонили соседи, мама немного их затопила. Беда не приходит одна. ― Это твоя работа, ― усмехнулся Джейсон. ― Что? А… Смешно, да… ― чуть улыбаясь я, наконец, продираю глаза, и потягиваюсь в постели. ― Четыре часа, отель «Plaza», номер 303. Я запомнил. ― Ты быстро освоился, кстати, ей тебя порекомендовали.
