— Вполне, — согласился я и замолчал — просто чтобы дать ему понять, что знаю о нем мало. Я улыбнулся и сказал: — Я буду звать Вас Бандо.
Он поднял брови, наклонил голову, пожал плечами и ответил:
— Достаточно близко.
Сказав это, он сел и задумался. Я почувствовал, что обидел его, поэтому заговорил:
— Я с радостью помогу. Я научу Вас, как прожить здесь. Это очень легко. Никто Вас не найдет.
Он опять нахмурил брови. Это было отличительной чертой Бандо, когда он был сосредоточен, а я беспокоился о том, что вспомнил о его прошлом. В конце концов, преступник или нет, он был взрослым, а я еще не был уверен в том, что мне стоит быть рядом со взрослыми. Я сменил тему.
— Давайте поспим, — сказал я.
— Где ты спишь? — спросил он. Все это время, что он сидел и общался со мной, он не заметил входа. Я был в восторге. Потом я сделал знак, прошел несколько метров, отодвинул занавеску из оленьей шкуры и показал Бандо мой секрет.
— Торо, — сказал он. — Ты великолепен.
Он вошел. Я зажег для него черепашью свечу, он осмотрелся, попробовал кровать, вышел и начал трясти головой так, что я подумал, она оторвется.
Тем вечером мы практически не говорили. Я позволил ему спать на моей кровати.
Его ноги свисали, но он сказал, что ему удобно. Я растянулся у костра. Земля была сухой, ночь теплой, и я мог спать где угодно.
Я встал раньше и готовил завтрак, когда Бандо, спотыкаясь, вышел из дерева.
Мы ели зубатку. Казалось, что она и вправду ему понравилась. Чтобы привыкнуть ко вкусу лесной пищи, нужно некоторое время, поэтому Бандо удивил меня тем, как быстро ему понравилось меню. Конечно, он был голоден, и этот факт тоже нужно учитывать.
В тот день мы мало разговаривали, просто пошли в горы собирать еду. Я хотел накопать клубней купены из больших зарослей на противоположной стороне ущелья. Мы ловили рыбу, немного плавали, и я сказал ему, что надеюсь в скором времени сделать плот, чтобы заплывать подальше и ловить рыбу побольше на глубине.
Когда Бандо это услышал, он взял мой топор и тут же начал рубить для этого молодые деревца. Я наблюдал за ним и отметил: — Должно быть, Вы жили на ферме или еще где-то.
В тот момент раздался птичий крик.
— Лесной тиранн, — сказал Бандо, прекращая работать. Он пошел в лес искать птицу. Теперь я был поражен.
— Откуда Вы знаете о лесном тиранне при вашей профессии? — набрался смелости спросить я.
— А как ты думаешь, чем я занимаюсь? — спросил он, когда я шел за ним.
— Ну, вы не министр.
— Правильно!
— И вы не доктор и не адвокат.
— Верно.
— Вы не предприниматель или моряк.
— Нет.
— Вы не копаете траншеи.
— Вовсе нет.
— Ну…
— Угадай.
Вдруг я захотел узнать наверняка. Поэтому выпалил:
— Вы убийца, вор или рэкетир; вы скрываетесь.
Бандо перестал искать лесного тиранна. Он обернулся и посмотрел на меня.
Сначала я испугался. Бандит может сделать все что угодно. Но он не был в ярости, а смеялся. Он заливался хорошим смехом. Я улыбнулся, затем просиял и засмеялся с ним.
— Что смешного, Бандо? — спросил я.
— Мне нравится, — наконец сказал он. — Мне это очень нравится.
Смех бурлил внутри него, он улыбался. Мне больше нечего было сказать, поэтому я рыл землю носком ботинка в ожидании, когда он успокоится и объяснит мне все.
— Торо, друг мой, я всего лишь преподаватель английского в университете, заблудившийся в Катскильских горах. Я ушел в поход, а вчера окончательно потерялся, нашел твой костер и заснул около него. Я надеялся, что командир скаутов и его команда вернутся к ужину и проводят меня домой.
— О, нет — сказал я, затем засмеялся. — Видите ли, Бандо, прежде чем я нашел вас, я слышал полицейские сирены со стороны дороги. Время от времени говорят о бандитах, укрывающихся в лесу, я был уверен, что Вы тот, кого они ищут.
Мы оставили лесного тиранна в покое и продолжили делать плот, теперь много разговаривая и еще больше смеясь. Он был забавным. Потом я понял кое-что, и мне стало грустно.
— Что ж, если Вы не преступник, то Вам придется очень скоро отправиться домой. Нет смысла в том, чтобы учить Вас жить на рыбе, растениях и коре.
— Я могу остаться на некоторое время, — сказал он. — Сейчас летние каникулы.
Должен сказать, что в отпуске не планировал есть зубатку, но она мне уже начинает нравиться. — Может, я смогу остаться до начала учебного года, — продолжил он. — Это после Дня труда, не так ли?
Я молчал, не зная, что на это ответить. Банда уловил мое настроение. Потом он обернулся ко мне, широко улыбаясь.
— Ты в самом деле хочешь здесь перезимовать?
— Думаю, я смогу.
— Что ж! — он присел, почесал лоб рукой и посмотрел на меня. — Торо, у меня было много профессий — мойщик посуды, саксофонист, учитель. Мне всегда было интересно. А теперь моя жизнь кажется мне скучной. Он посидел некоторое время, опустив голову, потом посмотрел на горы, скалы и деревья. Я услышал его вздох.
— Пойдем рыбачить. Закончим завтра.
Вот как я узнал Бандо. Мы стали хорошими друзьями за ту неделю или десять дней, что он был со мной. Он мне очень помог. Несколько дней мы собирали дубовые желуди, арахис и голубику, коптили рыбу.