– Знаешь… о мёртвых, конечно, нельзя плохо говорить, но… со смертью графа мне стало как-то легче на душе. Видимо, Бог решил что хватит ему причинять людям неприятности. Верно, дорогая?
– Конечно, Мария! Мне тоже несколько неловко, но я даже немного рада что теперь больше никогда его не увижу! – поддержала её Ребекка.
– Видит Бог, мне он тоже не нравился! – согласился с ними Гюнтер и демонстративно посмотрел на часы. – Проклятье, уже почти полдень! Как не жаль с вами расставаться, очаровательные фройляйн, но мне пора домой!
– Как? Уже? – огорчилась баронесса. Ребекка тоже выглядела расстроенной.
– Увы… В Берлине меня ждёт куча дел, но обещаю, перед тем как уехать на фронт, я обязательно встречусь с тобой, Мария. И с тобой тоже, Ребекка! – заверил он, но внезапно замолчал глядя в их расширившиеся от удивления глаза.
– Что случилось? – недоумённо спросил Гюнтер, гадая что с ними такое. Мария подошла к нему и тихо спросила:
– Ты уезжаешь на фронт? Когда? – ему показалось что её голос дрогнул.
"Проклятье, проболтался… Вот чёрт, не хотел же так рано говорить! Вот уж точно, язык мой – враг мой!" – с досадой подумал он. Гюнтер тяжело вздохнул.
– Скорее всего, в начале мая.
– Но почему? – спросила Ребекка с неподдельной тревогой. – Ты же служишь в охране фюрера! Неужели тебя отправляют на войну насильно?
– Нет, конечно! – постарался он успокоить своих женщин… то есть, свою женщину и её подругу. – Я сам написал рапорт о переводе в действующую армию и фюрер подписал его.
– Гюнтер, зачем? Я прошу, оставайся здесь, в Берлине! Ты же говорил что уже воевал в генерал-губернаторстве, был награждён, пусть теперь другие воюют, а ты принесёшь пользу Рейху здесь, защищая нашего фюрера! – Мария взяла его за руку и умоляюще смотрела на него. Ребекка подошла с другой стороны и тоже глядела в упор просительным взглядом.
На мгновение Гюнтера охватило желание остаться. В самом деле, какого чёрта ему делать на войне? Здесь столица, его любимые женщины, комфорт, вкусная еда и мягкая постель… Но он задавил в себе это обывательское желание, даже если бы не было прямого приказа фюрера, Гюнтер всё равно бы не остался. Он появился здесь не только для того чтобы наслаждаться радостями жизни! Как сказал Алекс – "Делу время, потехе час!". В конце концов, он потом не простит себе если, обладая боевым опытом, останется здесь, в тылу, когда на фронте будут погибать молодые, неопытные лейтенанты. Да и пора, наконец, не только приносить стране пользу именно в столице, но и зарабатывать уважение среди фронтовиков, солдат и офицеров "Вермахта" и войск СС. Кто знает, возможно, получится сделать армейскую карьеру, чем чёрт не шутит? Конечно, есть риск погибнуть, но убить его намного труднее чем обычного человека. Словом, как не хотелось бы остаться, но надо делать дело. Естественно, отказываться от радостей жизни и рвать жилы он не собирался, и если будет возможность то он воспользуется подходящим случаем расслабиться..
– Мария! Ребекка! Вы должны понять… Я здоровый, крепкий мужчина, у меня есть боевой опыт, я должен быть там где решается судьба нашей страны! – уверенно заговорил он, смотря на них. – Это мой долг как мужчины, офицера и патриота, понимаете? Мне будет стыдно сидеть здесь и смотреть как другие добывают нам победу.
– А как же… Мария? – спросила Ребекка, глянув на подругу. Та не отводила глаз от него.
– Мария будет меня ждать… Конечно, если захочет… – уточнил он, на что баронесса только кивнула и ещё сильнее сжала его руку.
– Конечно, будет, Гюнтер, даже не сомневайся! – заверила его графиня, хитро глядя на Марию. – Мы обе станем ждать когда ты вернёшься… со щитом а не на щите! – закончила она с повлажневшими глазами. Ребекка быстро отвернулась от него, но Гюнтер смог заметить слезинку на её лице. Баронесса не плакала но, судя по её виду, была явно напряжена, что ещё сильнее тронуло его. Они беспокоятся за него! Гюнтер мысленно поклялся самому себе что обязательно вернётся к ним, и только живым. Он не имеет права бросить их, и даже смерть не является оправданием. Что ж, значит будет стимул не соваться вперёд очертя голову, а воевать вдумчиво и осмотрительно.
Гюнтер обнял их обеих, доверчиво прильнувших к нему, и направился к двери, чтобы выйти во двор, к своей машине.
– Гюнтер! – внезапно окликнула баронесса. Он оглянулся и вопросительно посмотрел на них.
– Спасибо тебе! От нас обеих спасибо! За всё что ты сделал! – слабо улыбаясь сказала она. Ребекка поддержала её кивком головы. Гюнтер понял за что именно: Ребекка благодарила за решение проблемы с графом… А Мария… наверное, за всё хорошее что сделал для них. Он улыбнулся своей фирменной улыбкой и подмигнул обеим красавицам.
Через пару минут он уже сидел в машине и выезжал из ворот усадьбы, ощущая как приятно пахнет его отстиранный китель и наслаждаясь тёплым весенним воздухом. До Берлина ещё ехать и ехать, а там его ждёт любимая Лаура..
Подмосковье, лагерь осназа НКВД.
Сержант госбезопасности Екатерина Цветкова.
