С самого первого завтрака повариха лагеря, Полина Андреевна, взяла над ней шефство, причём без всякого желания самой Кати. Выражалось это в том, что она упорно пыталась накормить "бедную худышку" до отвала, предлагая ей мучные, мясные и вообще, жирные блюда. Девушка, привыкшая беречь свою стройную фигуру с детства, а теперь, с появлением Алексея, тем более, тщетно пыталась объяснить ей что не хочет поправляться, но это оказалось бесполезным. Женщина твёрдо считала что её собственное телосложение, весом больше ста килограмм, является эталоном красоты, утверждая что мужчинам нравится когда женщину есть за что хватать. Убедить повариху что та ошибается, Катя даже не пыталась и решила просто свести с ней общение к минимуму.
Поглощая салат, она задумалась как приступить к тому заданию, из-за которого и находится здесь. Сегодня уже четверг, а она всячески тянет, пытаясь не встречаться с этим гадом. Но в субботу или воскресенье приедет куратор и спросит её, дескать: а как ваши успехи, товарищ сержант? И что она ответит? Что саботирует приказ начальства и целыми днями сидит у себя в домике, выходя лишь на приёмы пищи? Нет, надо что-то делать, нельзя больше тянуть. Хорошо что начальник лагеря, Сергей Борисович, не донимает её, Катя опасалась что он захочет воспользоваться своим служебным положением и… К счастью, по каким-то причинам тот не показывался ей на глаза.
Личное время у курсантов после ужина. Значит, надо привести себя в порядок и попытаться вытащить перебежчика на прогулку. И о чём ей с ним разговаривать? Хотя, почему это должно её волновать? Он парень, вот пусть и думает как заинтересовать Катю! Если не сможет – сам виноват, а она потом скажет что пыталась сблизиться но не получилось. Может, тогда отстанут?
Девушка вздохнула и отодвинула почти пустую тарелку.
Это маловероятно. Пожалуй, впервые она пожалела что такая красивая. Если бы не это, то перебежчик не обратил бы на неё внимание и Катя осталась бы со своим любимым в Москве. Только прошлого уже не изменить, надо жить здесь и сейчас. Интересно, чем сейчас занят Лёшенька? Наверное, на работе. Ох, главное, чтобы он не завёл себе другую, пока она тут сидит. Алексей у неё красивый, мужественный, наверняка там за ним всякие вертихвостки бегают… Надо попроситься у куратора съездить в Москву хотя бы на день, посмотреть на него… А для того чтобы этот куратор был доволен, придётся переломить себя и постараться понравиться перебежчику.
Допив сок и наскоро попрощавшись с толстушкой-поварихой, Катя пошла к себе в домик. Ей предстояло очень трудное занятие – выбрать такой наряд чтобы понравиться этому Александру, и в то же время показать ему что у него нет шансов даже просто поцеловать её, не говоря уже о чём-то большем.
Москва.
25 апреля 1940 года.
Залесский Алексей Дмитриевич.
Вытерев грязные руки, он вышел из мастерской и присел на скамейку в тени. Солнце разошлось вовсю, и сидеть под ним было неохота. Облокотившись на спинку и расстегнув рабочую тужурку, Алексей посмотрел вдаль и закурил.
…Катя так и не появилась. Что с ней, он не знал. Теперь было абсолютно ясно что что-то случилось, причём настолько срочное, что ей пришлось уйти или уехать, даже не предупредив его. Что ж, значит будем ждать. В ближайшее время его план, который Алексей задумал много лет назад, наконец, начнёт обретать реальные черты. Кажется, он нашёл человека который сможет помочь ему добраться до усатого чёрта с хитрыми глазами. Естественно, не добровольно. Но тут у него просто не будет выхода… Алексей предъявит ему настолько убойный аргумент что тот будет вынужден подчиниться. Да, в некотором роде ему помогли, в частности, тот иностранец, с которым он встречался недавно. Но весь основной план целиком на его совести. Найти человека который входит в круг тех кто часто общается с главой страны… это было нелегко.
Да и вообще, после того как он уехал из той станицы, в которой обучался у старого казака Антипа, и до того времени как удалось сделать хоть что-то для осуществления своего грандиозного плана, много воды утекло. Перебравшись в Москву, Алексей успел поработать в нескольких местах. Была мысль попробовать поступить на службу в НКВД но, при здравом размышлении, он от неё отказался. Не факт что смог бы поступить, ведь его стали бы тщательно проверять. К тому же, в таком случае его могли в приказном порядке отправить служить в какую-нибудь глухомань а ему нужно было остаться в Москве, рядом с целью. Овчинка выделки не стоит, нужна была свобода.
