Что ж, надо действовать и искать. Хотя, по идее, его сейчас могут просто жёстко колоть а потом просто убьют, когда выкачают всю информацию, при условии что вообще в неё поверят. Но есть вероятность что его просто выкрали и готовят к вывозу из страны. Тогда ещё есть шанс отбить "Потомка" назад.
– Значит, так! Послать туда нашего лучшего следователя. Пусть осмотрит место происшествия, поговорит с экспертами… в общем, ему лучше знать! – начал раздавать указания Лаврентий. – Москву закрыть для свободного выезда! Привлечь к поиску все силы милиции и органов госбезопасности! На всех дорогах из города, главных и второстепенных, установить посты "ОРУД" с нашими сотрудниками в усилении! Проверять каждый автомобиль! Не важно кого или что он везёт, понятно?! Легковые, грузовые, даже телеги! Все должны тщательно проверяться! Раздать всем сотрудникам фото Александра в нашей форме, посулить премию! Привлечь дружинников и неравнодушных граждан… пусть всю Москву перетрясут, дома, подвалы, сараи… и канализацию тоже! – раздражённо говорил Берия, шагая по кабинету. – Мы должны найти его, Николай! Ты же отлично понимаешь его ценность?
Николай угрюмо кивнул. Он не был глуп и отлично понимал что неизвестные похитители смогут заставить Сашу говорить. Тот не военный, не обладает твёрдостью духа настоящего коммуниста. Пару раз ударят и тот "запоёт". И стоит этой информации выйти за пределы страны как появится вероятность что ей поверят за рубежом. Конечно, не факт что сразу и не факт что везде… Но работа спецслужб в том и состоит чтобы проверять даже самые невероятные предположения. Могут так, на всякий случай, провести предварительную разведку немцы, англичане… возможно, и американцы подключатся. И если что-то действительно правдоподобное накопают то будут реальные неприятности. Впрочем, у немцев уже есть такой, чёртов Гюнтер. Но тогда у них может возникнуть желание убрать советского оракула и в этом случае они останутся в несомненном выигрыше.
Берия хотел снова что-то сказать но у него на столе внезапно зазвонил телефон. Лаврентий со злостью схватил трубку и только хотел разразиться бранью как услышал хорошо знакомый голос Поскребышева:
– Лаврентий Павлович? Вас срочно хочет видеть у себя товарищ Сталин! – и положил трубку не дожидаясь его ответа.
Берия застыл, чувствуя как сердце застучало сильнее а рука с трубкой дрогнула. Чёрт!!! Неужели ОН уже знает? Но как? Хотя, конечно, как он мог забыть? Сотрудники, хоть и подчинялись номинально ему, но охраной важных лиц непосредственно руководил его "лучший друг" Власик, личный охранник Вождя. Отношения у них были как у кошки с собакой, причём в самой острой стадии. Власик терпеть не мог Берию и тот платил ему тем же, зная что имеет над ним лишь формальную власть. Николай Сидорович был как тень Сталина и безгранично ему верен. Лаврентий завидовал его влиянию на Вождя и делал всё что мог чтобы опорочить его, но увы… Ничего пока не помогало. Конечно, тот вряд ли бы упустил такую возможность макнуть наркома в кучу говна. Хотя и сам мог пострадать, ведь это его отдел не справился с охраной и допустил не только гибель своих людей но и похищение объекта.
Словом, надо собираться и ехать в Кремль. Если всё настолько плохо то… есть вероятность что в свой кабинет он может и не вернуться. Печально, но такова жизнь. Конечно, пока мало информации но и произошло всё совсем недавно. Значит, надо как-то уговорить Сталина подождать хотя бы до завтра когда будут первые подробности и подвижки в деле. Против воли он ощутил страх… Как будто наркома опутали паутиной и паук медленно подтаскивает его к себе, плотоядно шевеля жвалами. Отбросив эту паническую мысль Лаврентий спешно стал одеваться. Взял фуражку, подтянул портупею и посмотрел на ожидающего Николая. Подумал и решил:
– Едешь со мной!
– Куда? – осмелился поинтересоваться помощник.
– К товарищу Сталину! – попытался усмехнуться Берия но почувствовал что вышло не очень. – ОН звонил, требует к себе. Подозреваю что ему уже доложили..
Тот сглотнул и начал, зачем-то, поправлять свой галстук.
– А может мне..
– Нет, поедешь! – неожиданно рыкнул нарком. – Будешь, если понадобится, помогать мне в процессе доклада. Или думал в стороне остаться? Не выйдет!
Николай уже пришёл в себя и с достоинством кивнул:
– Слушаюсь!
Впрочем, нельзя было ожидать от него сильной растерянности. Жизнь и суровые испытания серьёзно потрепали Николая и его было трудно надолго вывести из равновесия. Удары судьбы он уже принимал не раз и всегда мог с ними справляться.
– Всё, едем! – произнёс Берия и первым вышел из кабинета, слыша за собой шаги Николая.
Они спустились вниз и сели в уже стоявшую наготове машину, которая тут же рванула с места. Дорога до Кремля была недолгой и они оба не произнесли ни слова, погруженные в нехорошие предчувствия. Учитывая какие масштабы могла принять их ошибка в недооценке охраны "Потомка" последствия со стороны Сталина было нетрудно представить.
