— Так и будем посреди дороги стоять или, может, переместимся уже поближе к укротителю? — спросил Ийзэбичи, почесав за ухом Селену. Зверек сладко посапывал, вцепившись всеми четырьмя лапками в распахнутый ворот дракона, и периодически, не просыпаясь, покусывал его шею.
Сэн окинул наше жаждущее хлеба и зрелищ трио внимательным взглядом, покачал головой и… кивнул. Я, не сдержавшись, подпрыгнула от радости и чмокнула Кир-Кули куда-то в район подбородка.
— Меня тоже поцелуешь? — сказал зеленоволосый маг, снова подходя ко мне. Чмокнула и его, мне не жалко. Мужчина покачал головой, после чего положил мою свободную ладонь на свой согнутый локоть. — В конце концов, мы ведь заранее готовились к возможным неприятностям, — проворчал он, не к кому особо не обращаясь.
— Я бы предпочла что-нибудь приятное, — возразила ему, но руку не отдернула.
— И вкусное, — добавил Кир, крепко держа в своих белых пальцах мою вторую конечность, — ты ведь кроме энергии жизни ничего не ела уже больше суток.
— И укротителей, — мечтательно добавил мой несостоявшийся жених и снова почесал за ухом свою айку.
— Предлагаешь ими и перекусить? — не без злорадства полюбопытствовала я.
— Что? — рыжий удивленно моргнул, затем еще раз, и еще…
А потом, не выдержав его взгляд, я созналась, что пошутила. Странный он, неправильный… ущербный даже. Поскорей бы уже восстановил свое душевное равновесие.
Мы шли в потоке разноцветных существ, мигрирующих от одной площадки, облюбованной циркачами, к другой. Меня практически никто не замечал, как и моих спутников. И если на мне висел амулет, способствующий этому, то на них — простенькое заклинание отвода глаз. Люди огибали нас, проходили мимо, скользили взглядом и тут же забывали о нашем существовании. В то время как мы видели все.
И зеленого силача с его круглыми «гирями», и изящных «фей», затеявших новые пляски, и извивающихся на высоких шестах моэр. Но все эти изумительные номера меркли в сравнении с тем, что было в центре сквера. Протиснувшись сквозь кольцо зевак, мы остановились возле края площадки. Отсюда разглядеть участников представления можно было во всех подробностях.
За мерцающей голубой сетью, создающей иллюзию клетки, качался на висящей в воздухе качели белый парнишка в ярко-голубой шапочке. Поджав под себя одну ногу, он наигрывал несложный мотивчик на каком-то струнном инструменте. А внизу под аккомпанемент его мелодии кружились в воинственном танце два белоснежных тигра.
Их большие головы были увенчаны короткими рожками, мягкие лапы — острыми когтями, а на концах длинных хвостов тихо позвякивали серебряные бубенцы. Вокруг гибких звериных тел стелился бледно-голубой туман, добавляя схватке мистическую таинственность. А еще здесь пахло морем и хвоей, и, казалось, что в музыку вплетается шум ветра и плеск бьющихся об скалы волн.
Этот участок сквера словно не принадлежал ему. Он как будто был вырван из другого мира и по воле юного волшебника перенесен в белый город. Сам же чародей взирал на зрителей с высоты в несколько метров и продолжал играть. Он был худощавый, некрупный, с короткими белыми волосами, торчащими из-под края шапки. А еще на нем были надеты очки, голубые, в тон головного убора. Пухлые губы подрагивали, готовые растянуться в улыбке. А красивые пальцы терзали струны, извлекая чарующие звуки. Тонкие изящные пальчики с аккуратными ноготками… Хм, а это точно парень?
— Хорошая звуковая иллюзия, сильный маг, — похвалил Ашенсен существо неопределенного пола.
— Снежные кардары[32], - умилился дракон, не сводя восхищенного взгляда с сцепившихся «тигров».
Я, же затаив дыхание, ждала развязки. С одной стороны было страшно за жизнь животных, с другой… они так красиво сражались, словно репетировали это не раз. Прыжки, взмахи мощных лап, пригибания, отход и новая атака… На фоне мерцающих нитей защитной сети и чуть подсвеченного тумана все это выглядело завораживающе. А главное, без крови! Драка больше напоминала танец. Дикий, опасный, но не смертельный. Наверное, именно поэтому я продолжала стоять и неотрывно следить за представлением, время от времени охая или ахая.
И только Кир-Кули никак не прокомментировал происходящее на «сцене». Прищурившись, он понаблюдал за схваткой, а когда с последним аккордом звери откатились друг от друга и, вскочив на ноги, поклонились сначала сопернику, а потом и зрителям, потянул меня прочь, сказав, что, мол, не стоит так близко стоять возле клетки с аше-аром.
— Пацан аше-ар? — удивился Ийзэбичи. — Разве среди ваших не все наемники?
— Наниматься можно на разную работу, — отмахнулся от рыжего блондин. — А вон и прилавок с каратуши. Идем! — сменил тему он, ведя нас к расположенному за кустами белому шатру, возле которого выстроились в ряд такие же белые столики с кубиками для сидения.
«Сахарный мир!» — в который раз подумалось мне. Вот только… аромат у этих непонятных каратуш был совсем не сладкий.
Я не ошиблась: белокожий укротитель действительно оказался девушкой.
