Моя темная «половина» полностью

Визитеры развернулись и размеренным шагом направились к дверям, те послушно открылись, пропуская обоих. Вызов Белоснежной был брошен, игра началась. И пропитанный магией зал счел первый этап ее вполне законченным. Каменные створки снова сомкнулись, отрезав пару сильнейших от остальных. В помещении все так же господствовала тишина… оглушающая, абсолютная. А над магическим валуном сгустилось темное облачко. Оно на глазах уплотнялось, меняя очертания. Сначала появились крылья, лапы… затем ярко сверкнули изумрудные глаза над черным клювом…

Громкое и раскатистое «кар-р-р» в безмолвии зала прозвучало как издевательство. И, словно по команде, собравшиеся начали спорить.

В драконьем логове…

Магический шар в который раз отразил одно и то же слово: «Действуй!», но дракон сомневался. Он перекатывал круглую стекляшку из одной ладони в другую и молчал. Полыхнув лиловым раздражением, средство связи Ийзэбичи с королевой бездны, выдало следующее:

«Ашенсэн с Кир-Кули уже в пути. Не сегодня, так завтра они тебя найдут, и тогда инициировать сейлин будет практически невозможно».

— Но она меня возненавидит, — растерянно пробормотал обычно уверенный в себе гай.

«Это сначала, — успокоило его очередное послание. — К тому же девочка и так не питает к тебе большой любви. Сплошная настороженность и сомнения. А если с твоей помощью она станет настоящей сейлин, то через пару-тройку лет даже благодарить будет. Как только свыкнется, наконец, со своей новой сущностью и войдет во вкус».

— А если не войдет? — продолжал упорствовать дракон. — Ты бы видела, что с ней творилось после истории с птицами. А сегодня в зале с животными… я вообще молчу! Ты говорила, что привыкание будет идти поступательно, что память не вернется к ней как минимум неделю, и что за это время у меня будет возможность заслужить ее доверие и… симпатию. А теперь…

«Теперь надо довести дело до конца и быстро! Они идут, Ий. Идут за ней, — зловеще пульсирующие надписи на поверхности шара сменяли одна другую. — И, поверь, твой старший братец, наверняка, уже знает, где ты спрятал их девчонку».

— Сейлин моя! — с каким-то детским упрямством рявкнул древний маг.

«Они так не считают», — издевательски заметила стекляшка.

— Они пр-р-росто не понимают! — рыкнул рыжеволосый. — В Тайлаари после ухода двух последних семей за Грань, я остался единственным драконом-оборотнем. Уникальным, чистокровным, настоящим. Не то, что этот полукровка Сэн, — магическая сфера молчала, и потому мужчина продолжил: — И мне нужна достойная пара. Тоже единственная, уникальная и сильная. До плена я присматривался к самым ярким представительницам разных могущественных рас, но… это все не то! А сейлин… она та самая, ты понимаешь меня? Ее тьмы даже мой коготь испугался. Невероятно! Такой больше нет в Тайлаари. И никогда не было.

«Были», — возразил вновь засветившийся шарик.

— Давно, — отмахнулся дракон. — И про них мало что известно. А Селена живая и рядом. Я не хочу ее пугать, Красотка.

«А придется, Ий. Иначе останешься с носом».

— А если сменить логово на место, о котором не догадается Сэн? — немного помолчав, спросил собеседник.

«Все равно найдут. Ну, или к девчонке вернется память, и она сама пошлет тебя лесом-полем».

— А если…

«Хватит, Ийзэбичи, изображать благородного рыцаря. Ты дракон или кто?! Инициируй Зою, или как ты там ее называешь? Селену! А потом уже завоевывай ее руку, сердце и прочие части тела. Сейчас она просто человек… примитивная, магически бездарная смертная с задатками энергетического вампира Эр — класса. А тебе, как ты сам только что сказал, нужна единственная и неповторимая сейлин. Так сделай ее сам!»

Долгих три минуты дракон молчал, теребя пальцами свободной руки кончик темно-рыжей косы. В другой его ладони мирно покоился стеклянный шар, в глубине которого отражалась собачья морда.