Но сегодня – начав объяснять мне, непутевому, чем неопасный уж отличается от грозной гадюки – Ширин как-то плавно перешла к воспоминаниям о детских годах, о родном ауле. С блестящей иронией моя девочка набросала словесный портрет муллы. Я живо представил облаченного в халат и в чалму длиннобородого пройдоху – шумно, как теленок, поглощающего чай и, гудящим голосом, «просвещающим» публику: «Аиша – жена пророка – передала хадис…». Да уж – с таким «лекарем» можно испустить дух не только от змеиного укуса.
– …А впрочем – я могла бы и выжить, – снова заговорила милая. – Укус щитомордника не всегда смертелен. Все зависит от того, сколько змея впрыснет в жертву яду. Говорят, иногда змеи кусают даже «вхолостую», экономя яд, являющийся главным их оружием при охоте на грызунов и прочую живность. Вообрази, как бы разнесло от гордости важного гражданина муллу, если б я уцелела после укуса щитомордника. Слуга Аллаха сразу бы возгласил: ужаленная змеей девочка выжила благодаря нескольким строкам из Корана!.. Эту весть пережевывали бы аксакалы по всей округе. Для почтенных мужей произошедшее «чудо» было бы неопровержимым «доказательством» того, что все мы ходим под великим Аллахом – господом миров, который казнит и щадит овец своего стада по собственному хотению. И что все, кто не лебезит и не глотает пыль перед боженькой – непременно попадут в раскаленный, полный огня и черного едкого дыма, ад, как рыбы на сковородку; и в горло «нечестивцам» будут лить гной и расплавленный металл, как предсказано в том же Коране. Б-р-р!.. Какая это все-таки мрачная вещь – религия… Но ты оценил, что за ловким фокусником мог бы оказаться уважаемый мулла?.. Померла бы я – покачал бы головой: «На все воля Аллаха». Выздоровела бы – выпятил бы пузо: «Благодаря Аллаху». Но бедняге мулле не повезло: щитомордник меня так и не укусил. Потому-то мои родители не расстелили достархан и не позвали муллу на угощение. Так что пришлось господину священнослужителю и дальше ждать, себе на поживу, чьих-нибудь болезни и похорон, рождения в какой-нибудь семье ребенка…
Ширин прервалась. Мы медленно шли по тропинке. Моя девочка улыбалась. Должно быть, ее развеселил собственный рассказ о незадачливом мулле. Я тихо ступал и почти не дышал. Редко когда моя милая – моя Несмеяна – так много и охотно говорила. Да еще не переставала улыбаться. Похоже, мне надо было благодарить ужа и гадюку. А моя девочка повернула беседу от толстяка-муллы снова к змеям:
– Дорогой, а ты включи фантазию: что было бы, если б по лесопарку ползал мохнатый удавчик?..
– Удавчик? – изумился я. – Да еще и мохнатый?..
– Да, да, – с пляшущими в глазах искорками задора подтвердила Ширин. – Удавчик. Мохнатый. Такая покрытая мягкой шерстью ползающая глазастая сосиска сантиметров семьдесят длиной.
– Ну ты и скажешь!.. – рассмеялся я «биологической» шутке милой. – Мне кажется: если бы змея была покрыта волосами – ее заели бы вши или блохи. Лапок-то, чтобы почесаться, у твоего удавчика нет. Ему бы пришлось переворачиваться с боку на бок, как скалка при раскатывании теста, тереться о землю, чтобы хоть как-то умерить бешеный зуд.
– А кожа моего удавчика выделяет особую слизь, от которой начисто гибнут любые паразиты, –
не сдалась моя девочка.
Мы посмеялись.
– А если удавчика побрить «под ноль»? – получится обыкновенная змея? – полюбопытствовал я. – Из шерсти можно связать варежки – а из слизи, про которую ты говоришь, сделать шампунь.
– Фу ты какой!.. – притворно обиделась милая и легонько толкнула меня в плечо. – Я не позволю тебе брить моего удавчика!.. Добавлять в шампунь слизь, изгоняющую насекомых – я еще согласна. Но брить!.. Волосяной покров нужен удавчику, чтобы не замерзать зимой – свободно ползать по снегу и льду, пока ужи и гадюки прячутся по норам. Я бы повесила удавчика на шею. Он был бы моим живым шерстяным шарфиком.
– А этот шарфик с глазами тебя не укусит?.. – изобразил я сомнение.
– Укусит?.. – улыбнулась Ширин. – Удавы не ядовитые. Они не кусаются. Разве только чтобы зацепиться зубами, как крючком, за жертву, которую собираются расплющить своими кольцами и затем проглотить…
– Во-во. Расплющить. Проглотить, – в том же шутливом тоне сказал я. – Не раздавит ли тебе горло твой живой шарф, посчитав тебя подходящим обедом?..
– Ай, нет!.. – воскликнула моя девочка. – Мой удавчик будет добрый – любящий свою хозяюшку. Да и такие короткие удавы и питоны – меньше метра – на человека не нападают.
– Ну а чем ты будешь кормить своего безногого приятеля?.. – полюбопытствовал я. – Ведь не яичницей с помидорами?..
– Конечно – нет, – ответила милая. – Змеи такое не едят. Раз в два месяца мы с тобой будем вывозить удавчика в лес. Там наш змей проглотит какого-нибудь грызуна. Удавчику достаточно набить желудок шесть раз за год. Плотно закусив, удавы долго-долго переваривают добычу. После трапезы толстый удавчик станет совсем вялым, даже голову лишний раз не поднимет. В самый раз сгодится на роль шарфика.
– Можно потчевать удавчика бездомными котятами, – сделал я попытку пошутить.
