Моя цель — звезды полностью

— С кем же еще? Как вы достали эти банкноты?

— Я подкупил кое-кого.

— С какой целью?

— Я решил, что в будущем они мне пригодятся.

— Для чего? Для другой взятки?

— Если адвокатские гонорары теперь стали так называть, то — да.

— У меня свои источники дохода, — сказал Шеффилд, швыряя банкноты назад Фойлу. — Если я решусь взяться за ваше дело и уверюсь, что овчинка для вас стоит выделки, можете предложить их мне снова. Что у вас?

— Криминал.

— Не слишком прозрачное определение. И…

— Мне нужно сдаться.

— Сдаться полиции?

— Да.

— За какое преступление?

— За преступления.

— Назовите два.

— Грабеж. Изнасилование.

— Еще два.

— Шантаж и убийство.

— А еще?

— Измена и геноцид.

— Есть еще что в запасе?

— Думаю, да. Если постараться, наскребем на несколько.

— А вы не теряли времени зря, гм? Вы либо атаман разбойников, либо безумец.

— Я был ими обоими, мистер Шеффилд.

— Отчего вы захотели сдаться?

— Я пришел в себя, — горько ответил Фойл.

— Я не об этом. Преступник обычно не сдается, если опережает своих преследователей. Вы явно опережаете их. Какой вам смысл так поступать?

— Со мной случилась самая пакостная штука, которая только может произойти с человеком. Я подцепил редкую болезнь под названием совесть.

Шеффилд фыркнул.

— Эта болезнь зачастую приводит к летальному исходу.

— Она приведет. Я осознал, что веду себя как зверь.

— И поэтому захотели покарать себя?

— Нет, все не так просто, — мрачно отвечал Фойл. — Вот почему я к вам явился. Вы поможете мне с главной хирургической операцией. Человек, который восстает против морфологической структуры социума, подобен раковой опухоли. Человек, который ставит свою волю выше общественной, называется преступником. Но это лишь цепная реакция. Покарать себя через общественное наказание недостаточно. Надо все искупить. Свести счеты. Молю Бога, чтобы их удалось свести, просто сослав меня назад в Гуфр-Мартель или пристрелив меня…

— Назад? — вскинулся Шеффилд.

— Нужны подробности?

— Еще нет. Продолжайте. Создается такое впечатление, словно у вас острый приступ этических колик.

— Именно так! — Фойлу не сиделось, он стал прохаживаться по комнате, нервно комкая банкноты пальцами. — Все так и даже скверней, Шеффилд. Есть девушка, которая должна понести наказание за чудовищное, омерзительное преступление. Я ее люблю, но… ладно, забудем. Она — раковая опухоль, которую следует иссечь, совсем как я. Я обязан о ней донести. Сдать полиции одного только себя недостаточно.

— Что вы несете?

Фойл развернулся к Шеффилду.

— Одна из новогодних бомб только что вошла к вам в офис, приняв человеческий облик, и говорит: «Сделай все как было. Упакуй меня обратно в свинец и отправь назад. Собери воедино руины города, который я спалила, и воскреси людей, которых я убила». Вот зачем я намерен вас нанять. Не знаю, как себя чувствуют обычные преступники, но…

— Вообще говоря, они испытывают досаду, как бизнесмены, которым перестало фартить, — честно ответил Шеффилд. — Вот как обычно чувствует себя профессиональный преступник. Вполне очевидно, что вы любитель, если вообще совершили хоть одно преступление. Дорогой сэр, будьте же благоразумны. Вы явились ко мне нагромоздить экстравагантную кучу самообвинений в грабеже, изнасиловании, убийстве, геноциде, измене и бог знает чем еще. Вы действительно полагаете, будто я вам поверю?

Тут в офис джонтировал Кролик, ассистент Шеффилда.

— Шеф! — восторженно воскликнул он. — У нас та-а-акое дело! Наконец хоть что-то новенькое! Лич-джонт![50] Два пацанчика наняли молоденькую шлюху класса C… Ой, извините. Не думал, что у вас тут… — Кролик осекся и застыл, разинув рот.

— Формайл? — выдохнул он.

— Ты чего? — раздраженно вскинулся Шеффилд. — Кто?..

— Шеф, а вы разве не знаете, кто этот человек? — обалдел Кролик. — Да это же Формайл с Цереры! Гулли Фойл!

Более года назад Региса Шеффилда гипнотически обработали и запрограммировали для этого мига. Тело его среагировало бессознательно, молниеносно. За полсекунды он уложил Фойла тройным ударом в висок, кадык и пах. Решено было не применять оружие, потому что оружия под рукой могло не оказаться.

Фойл рухнул. Шеффилд развернулся в сторону Кролика и одним пинком послал его в полет через весь офис. После этого он плюнул на ладонь. Решено было не применять наркотиков, потому что наркотиков в зоне досягаемости могло не оказаться. Слюнные железы Шеффилда, реагируя на ключевую стимуляцию, выделили анафилактический токсин. Он распорол рукав одежды Фойла, глубоко расцарапал ему руку у локтя ногтем и смазал порез слюной. Потом стянул края раны.