— Руслан! — воскликнула мать. — Мы до тебя дозвониться со вчерашнего вечера не можем. Что случилось?
— Всё у меня в порядке. Занят был.
— Ничего не хочешь объяснить?
— По поводу?
— По поводу Дилары, Руслан. Почему девочка вернулась вся в слезах и одна?
— Потому что я разорвал помолвку.
— И ты так спокойно об этом говоришь? — мама повысила голос.
— Теперь я тебе задам вопрос, мама. На твою почту я выслал одну фотографию, взгляни. Только не отключайся.
— Хорошо. — слышал как мама щелкала мышкой, а затем замолчала.
— Есть что сказать?
— Откуда у тебя это? — каким-то чужим голосом спросила она.
— Кто он, мама? Ты бросила своего второго ребенка или может вы сделали мой клон? Или я его клон?
— Это не телефонный разговор, сынок.
— Хорошо, тогда вечером я буду у вас. — я отключился, не желая наговорить чего-нибудь лишнего.
Как обещал, вечером я приземлился в своей родной стране. Приехал к родителям и наткнулся на отца в гостиной с бокалом коньяка.
— Привет, отец.
— Будешь? — спросил тот, приподнимая бокал.
— Нет, вчера перебрал. — я сел напротив в кресло и внимательно взглянул на отца.
— Мать спит, давление поднялось. Как добрался?
— Нормально. Ей уже лучше?
— Да, доктор поставил укол. Она сказала, что ты придешь.
— Тогда может расскажете мне, откуда у меня взялся двойник?
— Ты его видел?
— Он умер, к сожалению пять лет назад.
— Очень жаль. — отец залпом осушил коньяк и со стуком поставил рюмку на стол. — Мы не могли иметь детей с Кристиной. Тогда решили усыновить или удочерить ребёнка из дома малютки. Но Кристина не хотела, чтобы кто-нибудь об этом знал, поэтому мы на год улетели в Россию. Там нам предложили нескольких детей, но никто нам не запал в душу. Мы решили прийти через месяц, но на входе заметили двух мальчишек. Им было по пол года тогда. Два одинаковых, близнецы. — отец налил себе рюмку и снова выпил одним глотком. Я же уже знал финал этой истории, но из вежливости слушал дальше. — Кристина как с ума сошла, увидев этих детей. Двоих мы не смогли потянуть, поэтому взяли только одного, разлучив близнецов. Вот так ты стал Липовым Русланом Эдуардовичем. — он замолчал и посмотрел на меня.
— То есть вы бросили моего брата в детском доме, а меня благополучно приютили?
— Я тогда не имел возможности помогать Кристине, а одна бы она не справилась. Мы не жили богато, как сейчас. Я не смог бы оплачивать для нее няню.
— Почему только сейчас я узнаю, что я приемный и у меня когда-то был брат-близнец? Почему вы молчали раньше?
— Потому что это очень тяжело, сказать ребенку о том, что он приемный. Прости нас, Руслан.
— Простить? — я усмехнулся. Стало мерзко и противно, что одному досталась хорошая семья, а второй скребся сам, но жизнь оказалась куда жестче. — Ему было хреново, Эдуард Иосифович. Жизнь у него была не самая лучшая по малолетке. Правда потом он получил потрясающую жену, но не вышло. Смерть разлучила их, а теперь я влюблен в его жену. Жизнь еще та, сука. — я молча встал и вышел. Теперь нужно поговорить с Ирой и понять, кого она сейчас любит. Полюбила ли она меня или представляла своего погибшего мужа.
Твою же мать! У меня был родной брат, а я об этом даже не знал. В голове всплыла дата его смерти и я вспомнил тот день из своей жизни. Тогда я попал в больницу, с внезапной остановкой сердца. Врачи так и не смогли объяснить, что со мной было. Я умер на несколько минут, видимо хотел пойти за братом, но сердце забилось снова. Теперь я уже не уверен, что рад своему воскрешению.
Ирина
Наше время
Прошло пять дней после того, как Руслан увидел фотографию Саши. За эти дни он ни разу не написал, не позвонил и никак не дал о себе знать. Ждала ли я его после того, что он сделал? Да. Ждала.
За эти дни и ни разу не вышла из квартиры, почти не ела и часами лежала глядя в потолок. Вернулась депрессия, что была у меня на протяжении двух дет после смерти Саши.
Ирина
Пять лет назад
В этот же вечер приехали мои родители. Мама вместе со мной уливалась слезами, а отец старательно крепился. Они любили Сашу как родного сына. Мама всегда говорила, что лучше зять не найти, а папа гордо заявлял, что теперь он обрел потрясающего сына. Саша тоже всегда называл их мамой и папой. А теперь…
— Мама, как мне теперь жить-то без него? — шептала, глядя в стену уже битый час.
— Ну что ты, милая. — мама гладила меня по волосам, всхлипывая. — Он тебя там обязательно будет ждать. Придет время и вы снова встретитесь.
— Не могу без него… дышать без него не могу мамочка… — я зарыдала, волком воя от боли.
Так пролетели дни и настал самый страшный день в моей жизни, день похорон. Мама не отходила от меня ни на шаг, боялась, что я с собой что-нибудь сделаю.
Уже на кладбище, я стояла на коленях перед гробом и гладила бледное лицо покойного мужа. Слезы беззвучно капали на землю, а губы тихонько шептали:
— Любимый мой… я скоро приду к тебе… ты только меня дождись…
— Ира, людям тоже нужно попрощаться. — шепнула мне мама на ухо.
