Как и остальным сотрудникам администрации губернатора, мне тоже предстояло искать работу. Я получил несколько интересных предложений из других штатов. Мой друг Джон И. Браун, губернатор штата Кентукки, сделавший состояние на сети экспресс-кафе «Кентакки фрайд чикен», спросил, не хочу ли я стать президентом Луисвиллского университета. Он был, как всегда, немногословен: «Хороший университет, симпатичный дом, отличная баскетбольная команда». Губернатор Калифорнии Джерри Браун, который не мог поверить, что я потерпел поражение из-за налога с автовладельцев, предложил мне занять место руководителя своего аппарата вместо Грея Дэвиса, собиравшегося баллотироваться в губернаторы. Джерри сказал, что в Калифорнию стекаются люди из разных штатов и я прекрасно устроюсь, а он гарантирует мне возможность заниматься любой интересующей меня сферой политики. Кроме того, мне поступило предложение из Всемирного фонда дикой природы, чьей деятельностью я искренне восхищался. Норман Лир, продюсер самых известных в истории телешоу, в том числе «Дела семейные»
Я всерьез рассматривал возможность работы в Национальном комитете демократической партии, поскольку любил политику и считал, что разбираюсь в ней, однако в конце концов все же решил: эта работа не для меня. Кроме того, Чак Манатт слишком сильно хотел занять эту должность и наверняка заручился необходимыми для победы голосами задолго до того, как я проявил к ней интерес. Я решил посоветоваться с Мики Кантором, партнером Манатта, с которым мы познакомились, когда он вместе с Хиллари входил в совет директоров Корпорации юридических услуг. Мне нравился Мики, и я доверял его мнению. Он сказал, что если я хочу еще раз попробовать стать губернатором, то не стоит браться за партийную работу. Кроме того, Мики советовал мне не соглашаться на должность руководителя аппарата Джерри Брауна. Остальные предложения о работе, поступившие из других штатов, в особенности из Всемирного фонда дикой природы, меня заинтересовали, но я понимал, что там у меня не будет будущего. Я был не готов сдаться и добровольно покинуть Арканзас, поэтому принял предложение фирмы Wright, Lindsey & Jennings.
Практически сразу после поражения на выборах и еще на протяжении нескольких месяцев я спрашивал всех, каково их мнение о случившемся. Некоторые ответы, в которых ничего не говорилось о кубинцах, налоге с автовладельцев и противостоянии с профсоюзами, удивили меня. Джимми Джонс, которого я назначил генерал-адъютантом Национальной гвардии штата Арканзас после его долгой службы в качестве государственного аудитора, сказал, что я отдалил от себя избирателей, пригласив на ключевые позиции в администрации слишком много молодых служащих из других штатов. Ему казалось, что немалую роль сыграло и то, что Хиллари сохранила девичью фамилию; так могла поступить адвокат, но не первая леди. Уолли Дерек, занимавший пост председателя демократической партии с 1976 по 1978 год, считал, что меня обошли в гонке за губернаторское кресло, потому что я перестал думать об окружающих. Оказывается, став губернатором, я ни разу не спросил Уолли о здоровье его детей. Еще более резко высказался мой друг Джордж Дэниел, владелец компьютерного магазина в Маршалле: «Билл, люди считали тебя придурком!» Руди Мур сказал, что я слишком много жаловался на трудности, но редко задумывался о том, как справиться с политическими проблемами. Мак Макларти, мой самый давний друг, знавший меня как свои пять пальцев, сказал, что весь год я был слишком занят ожиданием рождения Челси. По его словам, я всегда жалел о том, что не знал своего отца, и потому все свои силы отдал отцовству, забывая обо всем остальном, пока не происходило нечто, подобное инциденту с кубинскими беженцами, и просто не вкладывал душу в свою предвыборную кампанию.
