Следующим Уилл представил костлявого подростка Натана. Уже сейчас было видно, что, повзрослев, тот станет таким же привлекательным, как его старшие братья. Его мокрые песочного цвета волосы из-за воды казались темнее. На шее висела серебряная цепочка с гитарным медиатором. Затем Уилл познакомил меня с Джеком и Джорданом — парой близнецов. Оба были в одинаковых зеленых плавках, и их было бы невозможно отличить друг от друга, если бы Джек не носил очки.
Потом очередь дошла до Паркер, и меня осенило, что я тут не единственная девушка. По ее виду это было трудно понять сразу. Оранжевые футболка и шорты, мокрые и прилипшие к телу; короткая стрижка — почти такая же, как у некоторых братьев. Мне вспомнились сделанные в самолете заметки. Я записала, что Паркер любит контактный футбол. Наверное, поэтому и решила, что Паркер — мальчик.
— Привет, Паркер, — широко улыбнулась я. Приятно знать, что в доме есть еще одна девочка.
— Привет, Джеки, — отозвалась она таким издевательским тоном, что с моего лица сошла улыбка. Паркер наклонилась и шепнула что-то младшим близнецам, с которыми я еще не познакомилась. Оба расплылись в нехороших улыбочках.
— И наконец…
Уилл не успел закончить фразу: малыши выскочили вперед и тараном врезались в меня. Я думала, что смогу сохранить равновесие, но ноги подкосились, и я упала назад… прямо в бассейн. Выплыла, барахтаясь, на поверхность и начала хватать ртом воздух. Краем уха слышала хохот парней.
— Попалась! — крикнул один из сбивших меня мальчишек, стоявший у края бассейна.
Милый карапуз, еще по-детски пухленький, с веснушками на личике и ворохом светлых кудряшек.
— Я Зак, а это мой близнец Бенни! — ткнул он пальцем за мою спину.
Обернувшись, я увидела выскочившую из воды точную копию его улыбающейся мордашки.
— Зак, Бенни! Что на вас нашло? — рассердился Уилл. — Кто-нибудь, принесите Джеки полотенце!
Он протянул руку, чтобы помочь мне выбраться, и вскоре с меня уже ручьями текла вода на террасе. Рановато купаться в начале весны. Как эти Уолтеры не перемерзли? Кто-то подал мне красное полотенце с «Могучими рейнджерами», и я спешно замоталась в него, прикрыв мокрую, а потому ставшую прозрачной белую блузку.
— Мне очень жаль, — извинился Уилл, стрельнув в младшего брата недовольным взглядом.
— Мне жаль только одного: что он дал ей полотенце.
Я резко развернулась, чтобы найти взглядом того, кто это сказал, но парни стояли рядком и молчком, пытаясь скрыть усмешки. Глубоко вздохнув, я повернулась к Уиллу.
— Все нормально, — ответила, отбивая зубами дробь. — Но мне бы хотелось переодеться в сухую одежду.
— Я могу с этим помочь, — пошутил один из братьев, и на этот раз парни не сдержали смеха.
— Айзек! — рявкнул Уилл, строго глянул через мое плечо на кузена, и смех тут же стих. Он перевел взгляд на меня. — Твои вещи в машине?
Я лишь кивнула, дрожа на холодном весеннем ветру.
— Хорошо. Я схожу за ними, а тебе тем временем покажут твою комнату.
Уилл направился с террасы в гараж, и я поникла. Единственный доброжелательно настроенный человек оставил меня в стане врагов. Я сделала глубокий вдох, сглотнула и развернулась к парням. Братья Уолтер взирали на меня с постными лицами. Затем разом похватали полотенца и разбросанную по всей террасе одежду и, не сказав больше ни слова, ушли в дом.
Остался только Коул. Выдержав полную неловкости паузу, он дернул уголком губ в легкой усмешке:
— Будешь и дальше глазеть на меня или все-таки пойдем в дом?
Он был невероятно хорош: с влажными волосами, рассыпавшимися в живописном беспорядке а-ля «я только что занимался сексом», — но меня лишила дара речи не столько внешность, сколько его зашкаливающая самоуверенность.
— Пойдем в дом, — пробормотала я.
— После вас, — Коул с шутливым поклоном сделал приглашающий жест.
Тяжело вздохнув, я посмотрела на свое новое жилище. С желтыми ставнями и пристройками, которые, вероятно, появлялись, когда рождался очередной ребенок, оно не имело ничего общего с моим нью-йоркским пентхаусом. Бросив последний взгляд на Коула и судорожно вдохнув воздуха, я вошла в дом. Мне придется здесь жить. Я постараюсь сделать так, чтобы мне было здесь насколько возможно хорошо, но это место никогда не станет моим настоящим домом.
— Насчет такой встречи… — заговорил Коул, ведя меня по захламленному коридору. — Твой переезд к нам как гром среди ясного неба. Мы не были к этому готовы.
— Я поняла. — Это не извиняло его недружелюбного поведения, но, надеюсь, служило причиной холодного приема, оказанного мне братьями Уолтер. — Не нужно ничего объяснять.
— Мама сказала, ты из Нью-Йорка. — Коул остановился у лестницы, чтобы посмотреть мне в лицо.
