Теперь Мария получит сполна за свою подлость. За убийство отца и попытку стать богатой вдовой. Её игра кончилась благодаря мне. Да, с отцом я не успела, просто не догадалась бы о причине его болезни, но Сергею помогла, и это главное.
Кир потянулся к моим губам, но я отвернулась. Чем я лучше Мари, если позволяю ему думать, что мы вместе, позволяю надеяться? А завтра отвернусь, ударю так, что он уже не захочет не то чтобы поцеловать меня, но даже взять за руку.
Но так будет лучше. Я знаю, а он нет.
Может и у Марии был свой тайный замысел? Она тоже защищала свою любовь, принося в жертву окружающих? Ну или была просто бесчувственной расчетливой стервой.
Кир рухнул рядом, прижимая меня к себе, но я отодвинулась, убирая его руки, потянулась за халатом и поспешно оделась.
— Не останешься?
— Нет. Мне надо побыть одной.
Я спустилась, но у двери в спальню остановилась. Скоро я уйду, но так и не узнала историю Сергея. Он может пролить свет на старые тайны трех друзей. И как во всем этом оказалась замешана моя мама.
Отошла от своей комнаты и толкнула дверь в спальню отчима. Я знала, что он никогда не закрывается.
Сергей полулежал в постели с включенным бра. Оторвался от планшета, с удивлением подняв на меня взгляд.
— Что случилось?
Я неловко пожала плечом:
— Ничего.
— Не спится?
Помотала головой, потом покачала. Я и не пробовала ложиться, тут сложно ответить на вопрос.
— Хочу спросить.
— Хорошо, давай спустимся на кухню и нальем чай…
Я остановила Сергея, пытающегося встать с постели.
— Нет, поговорим тут.
Подошла ближе и села рядом, как когда ухаживала за ним. Отчим чуть подвинулся, давая мне сесть поудобнее.
— Всё почти закончилось?
— Ты имеешь в виду, Марию? Да. Обвинение выдвинуто, доказательная база собрана. Впереди только суд и вердикт.
— Сколько ей дадут?
— Адвокат уверен, что от пяти до семи лет. Она сразу переиграла линию защиты из оскорбленной невинности в раскаявшуюся виновницу. Но мы полагаем, что Мария может прибегнуть к крайней мере.
— Какой?
— Изобразить невменяемость. Ей все равно назначат срок, только проведет она его в психиатрической лечебнице.
Я грустно кивнула, зная, что коварная мачеха вполне на такое способна.
— А что Андрей?
— За старые грехи его не подтянуть. Он осторожен — не оставляет следов.
Вздрогнула, вспомнив подвал с красными стенами, безжизненные головы животных и стеклянные глаза, отбликивающие в темноте.
— Он не тронет вас?
— Не знаю. Он может отправится на поиски тебя, если ты сразу передашь управление Киру. Ты развяжешь руки Андрею. Дашь ему много свободного времени и злости. И он пойдет за тобой, чтобы вернуть активы.
— Я это понимаю. Я исчезну, обещаю. Но… Кир… Он не будет искать меня?
Сергей нахмурился, с сожалением рассматривая меня.
— Я не знаю. Он очень преданный парень. Но мне бы не хотелось, чтобы свое будущее он связывал с тобой. И я не хочу, чтобы ты была так близко к тому, кто в любой момент может изменить ход игры. Ты же понимаешь?
Да, я понимала. Андрея не поймать, но как только он почувствует угрозу своему положению — откроет охоту на меня.
— Зачем он убил жену? Вы обещали поделиться подозрениями.
— Это было связано с тобой. С судебным слушанием по опекунству. И тут спусковым крючком снова оказалась Мария.
— Мачеха? Но как? Она же вовсю окучивала вас!
Сергей усмехнулся:
— Верно. Окучивала… Но в тот момент её выбор вдруг стал определяющим для нас. Она стала козырем. В суде легко было представить дело так, что девочка привыкла к мачехе, значит опекунство проще отдать тому, кто женится на несчастной вдове.
— И у вас получилось. Вы увели Мари из-под носа Андрея.
— Меня использовали, вовремя и правильно подсунув эту информацию. Ты не забывай, что я недавно овдовел и не пережил еще утраты. А Андрей был женат, и его жена была здорова. У Марии было так мало времени для маневра. Саша сгорал на глазах, а из возможных претендентов, я был самым подходящим. Но за её поддержкой я не увидел расчета…
— Но вы ее не любили?
— Нет. И тут был мой расчет. Сохранить компанию, безусловно приумножить свои активы. Ну и дать полноценную семью сыну и тебе. Я видел, как ты убита горем.
Я усмехнулась:
— Полноценную семью с Мари? Она не способна на чувства и сострадание!
— Прости, я не видел реального положения дел. Слишком был ослеплен собственной болью, обвинением тёщи и отстранением сына. Моя жизнь тоже рухнула в одночасье.
— Мария выбрала вас. Тогда почему Андрей убил жену?
— Он убил её, чтобы обвинить меня. Первоначально я был главным подозреваемым.
— Но папа… Постой, он же свидетель!
— Или соучастник. С хитростью Андрея, он ловко обвинил нас обоих. Сашу оставили из-за состояния, а меня затаскали по инстанциям. Я месяца три сидел в изоляторе.
— И что потом? Мари могла переметнуться к Андрею. Почему не сделала это?
