Через два месяца Лёха влюбился в другую девушку. На её телефон приходили сообщения с угрозами, фотки столетней давности, на которых Лёха по пьяни с кем-то целуется. В общем, тот ещё цирк с конями. Но всё закончилось хорошо: девица поняла, что свадьбы не будет, и сказала о выкидыше. Лёха ей не поверил, подключил свои связи, чтобы узнать правду. Естественно, никакой беременности в помине не было. Просто одна сумасшедшая деваха уж слишком сильно захотела свадебку.
Очень надеюсь, что Даша до такого не опустится. Не должна. Я помню её милой светлой девушкой, которая выступала против лжи и предательства. За пять лет она, конечно, изменилась, но не до такой же степени.
— Что ты хотела? — грубо спрашиваю я, когда она отвечает на звонок. С работой на сегодня всё, можно заняться более неприятными вещами.
— Привет, — шелестит её голос. — Нам надо встретиться.
— Зачем? — удивляюсь. Ни о каких разговоров и речи быть не может.
— Я забыла у тебя цепочку, которую мне бабушка дарила. Верни, пожалуйста.
Такое ощущение, будто она вот-вот расплачется. Напрягаюсь.
— Где именно ты её оставила? — спрашиваю с раздражением.
— В ванной, скорее всего. Или на журнальном столике. Поищи, пожалуйста. Мне очень нужна эта цепочка.
— Хорошо.
— Я могу заехать за ней. Или в нейтральном месте увидимся?
— Наберу тебя, когда найду цепочку, — завершаю вызов.
Встречаться с Дашей в своей квартире — фиговый вариант. Вообще я не помню, чтобы она носила украшения. Неужели всё-таки манипуляции? И голос этот тихий, грустный, на жалость пытается давить.
Ладно, разберёмся. Время уже позднее, но мы с Микой успеем в винный магазин сходить. Я за час справлюсь.
Улыбаюсь, вспоминая ночь и сегодняшнее утро. Тепло разливается по венам, в груди немного давит. Это положительные эмоции. Я до одури хочу увидеть Мику, прижать её податливое тело к себе, поцеловать пухлые губы. Снова из реальности выпасть.
Но сначала — окончательно разобраться с Дашей. Не хочу, чтобы она снова мне названивала.
Дома я нахожу золотую цепочку на полу в ванной. Не врала, значит. Отлично. Набираю Дашу и назначаю встречу в кафе на соседней улице. Она обещает приехать как можно скорее.
Пью американо и разговариваю с отцом. Снова в груди тепло и тесно. Папа доволен моей работой. В его голосе — уважение и благодарность. Это многого стоит.
— Как ваш отдых? Не заскучал ещё? — иронично вопрошаю я.
— Немного, — хмыкает отец. Но вроде на скуку он больше не жалуется. Привыкает постепенно к жизни вне работы.
Я завершаю вызов, когда замечаю в дверях Дашу. Она плохо выглядит: круги под глазами, отсутствие макияжа, опухшие веки.
— Держи, — протягиваю ей цепочку вместо приветствия.
Она садится в кресло напротив и прижимает к себе довольно простое украшение. В уголках её глаз появляются слёзы.
— Спасибо, — тихо выговаривает она.
Даша собирается встать, опирается ладонью о стол, но что-то идёт не так — покачнувшись, она снова на диван падает и глаза прикрывает. Искусная игра? Или у неё действительно закружилась голова?
— В глазах потемнело, пустяки, — произносит она.
Подзываю официантку и прошу принести воды. Внимательно осматриваю Дашу. Не похоже это на манипуляции, нутром чую.
— Что случилось?
От моего вопроса Даша вся скукоживается и всхлипывает. Мотает головой, снова пытается встать. Я не позволяю. Она на ногах еле стоит, не хватало ещё, чтобы грохнулась в обморок где-то по дороге.
— Бабушка в больнице. Её машина сбила… Врачи пока не знают, смогут ли её спасти. Оперируют уже пятый час… Она очень любила эту цепочку, говорила, что это золото удивительными свойствами обладает. Лечебными, кажется… Я хочу её в больницу отвезти, вдруг поможет… Никогда в такую фигню не верила….
Даша вытирает слёзы, дрожит вся, голос её срывается.
— Для тебя, может, это и фигня. Но если бабушка верит — то золото ей обязательно поможет, — говорю я осторожно.
— Спасибо! — Даша внезапно бросается ко мне в объятия, я пару раз хлопаю её по спине и аккуратно от себя отстраняю. Это уже лишнее.
— Не за что.
Даша допивает воду из стакана, вызывает себе такси и, ещё раз меня поблагодарив, выбегает на улицу. Мы с ней никогда не были особо близки, но её трагедия мне понятна. Папа тоже был в больнице, и я понимаю, насколько Даше сейчас хреново.
Мика помогла мне справиться со страхом и острой болью. Я тогда совсем потерянный был, а она словно исцелила меня своей теплотой и пониманием во взгляде.
Выхожу из кафе, иду к машине. Странное чувство возникает, словно кто-то упорно на меня таращится, за каждым шагом следит. Оглядываюсь. Незнакомые люди, девушка с ребёнком, два мужика у соседнего магазина.
Ладно, не важно. Сажусь в машину и пишу Мике, что приеду через несколько минут. Пусть готовится к вечерней прогулке по винным магазинам.
Я откладываю телефон и бегу навстречу Алексу. Он немного будто потерянный, но улыбается и с удовольствием меня обнимает. В шею целует. Я легонько его отталкиваю, намекая на несвоевременность подобных действий. Сначала — прогулка и вино, потому уже всё остальное.
— Что такое? — спрашивает он.
