2.6. Если кто разведет огонь на своем поле и пустит его на поле другого, покрытое посевом, и зажжет его, то тот, кто зажег, должен забрать зажженное поле и дать владельцу поля хорошее поле.
2.83. Если мужчина овладел женщиной в горах, то только мужчина считается преступником и должен умереть; но если он овладел ею в доме, то (и) женщина согрешила, женщина (тоже) должна умереть. Если муж захватил и убил обоих, то против него уголовное преследование не возбуждается.
Исх., 22.4 если кто потравил поле или виноградник, пустив скот свой травить чужое поле, то пусть платит лучшим из поля своего и лучшим из виноградника своего… 5. Если огонь выйдет и найдет тернии и выжжет копны или жатву или поле, то должен заплатить, кто зажег пожар.
Второз., 22.23. Если будет молодая девушка обручена мужу и кто-нибудь встретит ее в городе и ляжет с нею, 24. то обоих выведите к воротам того города и побейте их камнями до смерти… 25. Если же кто в поле встретит обрученную отроковицу, и, схватив ее, ляжет с нею, то должно предать смерти только мужчину, лежавшего с нею.
Кодекс Хаммурапи и хеттский кодекс были не первыми и не последними восточными кодексами. Еще в 1915 и в 1919 гг. были опубликованы отрывки из сумерского кодекса, относящегося, вероятно, к эпохе 3-й династии Ура (23 в. до н. э.). В 1922 г. был опубликован также древнеассирийский кодекс, относящийся приблизительно к 1100 г. до н. э.
Таким образом, и до «Моисеевой» эпохи и после нее в передней Азии были в обращении законодательные своды, в которых еврейские законодатели нашли готовые образцы для письменного оформления обычного права и судебной практики своего времени, не нуждаясь в творчестве «богооткровенного пророка» и при этом заимствовали оттуда ряд постановлений. То обстоятельство, что «Книга завета» предполагает оседлое земледелие и уделяет значительное место денежным отношениям – явления, совершенно несовместимые с бытом кочующих в пустыне скотоводов, – показывает, что «Книга завета» не могла появиться ранее 9-8 вв. до н. э.
Что касается «этических заповедей», то они имеют свою аналогию в тех «списках грехов», какие существовали у вавилонян.
Приведем небольшой отрывок из такого списка.
Из серии «Шурпу» (заклинания против напасти, сопровождаемые сжиганием цветов, фруктов, шерсти и т. д.). Молящийся перечисляет возможные грехи, в которых он может быть повинен.
