Проведенный А.Б. Рановичем сравнительный анализ шумерского и хеттского кодексов с законами Пятикнижия и в самом деле выглядит весьма убедительно. Но в том-то и дело, что законодательство Моисея отнюдь не отменяет все предыдущие достижения в области морального развития человечества. Напротив, вбирая их в себя, оно выводит представления о морали, гуманизме, духовности на принципиально новый уровень. Причем выводит не эволюционно, а именно революционно, то есть скачкообразно и в основу этой революции положена именно истина о Единственности Бога. Провозглашенная Моисеем дефиниция «Слушай, Израиль! Господь – Бог твой, Господь – один!» является формулой последовательного монотеизма и, одновременно, неприятия любых форм язычества.
Провозглашая Единственность Бога, объявляя Его единственным источником всего сущего, Моисей одновременно провозглашал и идею изначального равенства и братства всех людей, ведущих свое происхождение от одного общего предка, а значит и их исходное равенство в правах. Идея единственности Бога освобождала человека от необходимости обожествления сил природы, лежащей, согласно материалистической философии, в самой основе происхождения религии. Вместе с этим она объявляла мерзостью все виды служения этим силам с целью задобрить их и снискать их расположение – и, прежде всего, человеческие жертвоприношения и сексуальные оргии, бывшие неотъемлемой частью большинства языческих культов. Как известно, даже в Древнем Риме и Древней Греции, политеизм которых вызывает у некоторых историков и философов искреннее восхищение, вплоть до победы христианства было принято приносить человеческие жертвы.
Объявив человека духовно созданным по образу и подобия Бога, то есть существом, обладающим мощным интеллектом для саморазвития и свободой выбора между Добром и Злом, Моисей одновременно коренным образом изменил представление о ценности человеческой личности, каждого человеческого индивидуума.
