В ту ночь Моисей долго беседовал с сыном Навиновым, рассказывал ему о войне с эфиоп лянами, об искусстве побеждать и уходить от поражения. Моисей посоветовал Иисусу ввязаться с амаликитянами в затяжную схватку, ибо только так можно было победить более опытного и искушенного в сражениях противника.
Моисей заверил Иисуса, что будет беспрерывно молиться и просить Предвечного помочь в этой битве. Пророк знал, что народ Израиля крайне истощен долгим походом, но не мог уклониться от битвы, понимая, что только победа сплотит общество сынов Израиля и придаст ему силу в грядущих испытаниях.
Иисус, следуя указаниям Моисея, отвел подальше от предполагаемого поля битвы стариков, женщин и детей, оставив их под присмотром небольшого отряда. Основная же часть готовилась принять бой на равнинной местности, стиснутой с обеих сторон гранитными скалами.
Когда израильтяне атаковали амаликитян, солнце стремительно двигалось к зениту и день обещал выдаться очень жарким. Однако начинающаяся жара скрадывалась ветром, неожиданно налетевшим на Рефидим с востока.
Перед битвой на вершину холма, возвышающегося над полем битвы, взошли Моисей, Аарон и совсем еще молодой Ор, сын Мариам-пророчицы.
Моисей поднял зажатый в руке жезл, и израильтяне врезались острым клином в войско Амалика. Началось кровавое побоище, ставшее первым военным испытанием на долгом пути сынов Израиля.
Евреям, в большинстве своем не имевшим никакого военного опыта, на первых порах приходилось туго, однако они не отступали. Более слабые воины погибали, мужественно глядя в глаза недругу, сильные и ловкие в ходе боя приобретали бесценный опыт. Видя на холме Моисея, держащего высоко над головой свой жезл, израильтяне чувствовали поддержку Господа и начали превозмогать противника.
Однако вскоре Моисей ослабел и опустил руку. И в тот же миг победа стала ускользать из наших рук. Испугавшись, что Господь покинул их, воины стали отходить в глубь долины.
Завидев это, Аарон и Ор усадили Моисея на камень, подхватили руку Моисея с жезлом и подняли ее высоко над головой, что послужило знаком израильскому войску. Так продолжалось весь вечер, и все утро, когда Иисус суме л-таки одолеть неуступчивых амаликитян.
В дальнейшем это племя ослабло и больше не тревожило колена Израилевы.
На месте этой великой победы по повелению Моисея был воздвигнут жертвенник, который назвали Адонай Нисси, что означает «Господь — знамя мое», а рассказ о сей победе был записан в Книгу браней Господних, дабы последующие поколения израильтян знали, сколь отважны и мужественны были их предки.
После победы над амаликитянами тесть вождя, священник Рагуил, известный также под именем Иофора, решил нанести зятю визит. Перед исходом из Египта Моисей отправил своих сыновей Елиезера и Гирсама, а также жену Сепфору в Мадиам как в более безопасное место.
Узнав о том, что к нему направляется Рагуил, Моисей покинул стан сынов Израиля и отправился к нему навстречу. Завидев гостя, вождь поклонился ему и пригласил в шатер.
В шатре, уложив тестя подле себя, Моисей поинтересовался у него, как идут дела в Мадиаме, как здоровье его семьи и не тревожат ли мадиамитян соседние племена.
— Племена вокруг неспокойные, — вздохнул Рагуил. — Но до сих пор мы с ними как-то ладим. Семья моя пребывает в благостном здравии, все мои дочери имеют детей и внуков, так что за будущее своего рода я спокоен. Лучше расскажи, дорогой зять, о приключениях, кои вызывают во мне живейшее любопытство.
Моисей начал говорить об исходе, о скитаниях по пустыням, о схватке с амаликитянами; поведал о своих встречах с Господом, о Его помощи во всех начинаниях, связанных с освобождением евреев и их скитаниями по Синаю.
— Господь спасал нас не раз, — сказал Моисей. — Если бы не Он, меня давно бы забили камнями, а евреи разбрелись по пастушьим племенам и растворились среди кочевников.
— Да, — со значением сказал Рагуил. — Я знал, что Бог Израиля всемогущ и вездесущ. И да будут блага, посылаемые Им Израилю, непреходящи. И да благословен будет Господь, который избавил вас от пут египетских. Теперь все народы должны убедиться, что Бог Израиля выше всех иных богов.
Вечером Моисей повелел устроить в честь тестя пир у горы, на которой он когда-то получил повеление Господа идти в Египет и освободить народ из рабства. В том пире приняли участие все колена Израилевы. И хотя Моисей, как всегда, не принимал участия собственно в трапезе, они с Рагу и л ом пели гимны, восхваляющие Господа и Его дела во славу Израиля.
На другой день, едва взошло солнце, Моисей, как обычно, сел судить народ, дабы сохранить среди израильтян спокойствие, нарушаемое неблаговидными поступками некоторых людей, утомленных переходом, нехваткой воды и пищи и отягощенных зловредным характером.
