Кроме знаменитого лондонского густого тумана, который я описал, мне нравятся и все другие разновидности дымки, застилающей пространство. С одной лишь поправкой: это состояние не должно продолжаться слишком долго. В этом случае наступает раздражающая усталость. Однажды меня привели на башню Вестминстерского кафедрального собора, самую высокую точку Лондона, с которой виден весь город. Был легкий туман, и видимость была далеко не идеальной. Мой английский друг решил, что я лишь пытаюсь быть вежливым, когда говорю о своей любви к туману, и все время извинялся за то, что выбрал неудачный день для созерцания Лондона сверху. При ясной погоде, сокрушался он, мы могли бы рассмотреть собор Святого Павла, Гринвичскую обсерваторию, знаменитый лондонский ботанический сад Кью-Гарденс… Словом, он обещал повторить экскурсию. Между тем я просто не понимал, что он имел в виду, когда говорил, что в тот день было нечего смотреть. Напротив, я получил огромное наслаждение от увиденного. Неужели вам доставит удовольствие лицезреть круглый купол собора Святого Павла на фоне всякого рода труб? Я не думаю, что вы испытаете радость только от того, что издалека различите какое-то здание, хотя не побывали там и не знаете, что оно собой представляет. Позднее я снова побывал на башне Вестминстерского собора на этот раз один, без спутника. Лифтер посоветовал мне не тратить лишний шиллинг чтобы подняться вверх только для того, чтобы ничего не увидеть: опять был туманный день. Я заметил, что это как раз то, что я хочу: ничего не увидеть! Лифтер рассмеялся и поднял меня на самый верх. В одиночестве я обошел всю башню вдоль и поперек и решил, что оказался на небесах. Я не видел внизу традиционных дымовых труб, и было ощущение, что на время я освободился от навязчивого шума дорожного движения, хотя оно было совсем рядом. Сквозь пелену тумана я мог даже нарисовать в своем воображении такой далекий, но бесконечно близкий и родной китайский дом. Эти мои чувства хорошо передает отрывок из книги знаменитого писателя и лингвиста Линь Юйтана «Как важно жить»: «Путешествия бывают разные. Есть путешествия с целью не увидеть ничего и никого, кроме белок, выхухолей, лесных сурков, облаков и деревьев. Моя знакомая американка рассказала мне о том, как она вместе с китайскими друзьями отправилась на холм города Ханчжоу только для того, «чтобы ничего не увидеть». Было мглистое утро, и по мере того, как они поднимались, туман вокруг них густел.
Мягко постукивали влажные капли по листьям. То были единственные еле слышные звуки. Кроме тумана, ничего не было видно. Американская леди была разочарована. Но китайские друзья настаивали: «Мы должны подняться еще выше, оттуда открывается изумительная панорама». Она последовала их совету и через некоторое время увидела вдали «уродливую», по ее словам, скалу, окутанную облаками, тот самый вид, который только что был назван «изумительной панорамой». «Что это?» – осведомилась леди. «Это опрокинутый лотос» – таков был ответ китайских друзей. Обиженная леди была уже готова начать спуск. Однако ее спутники заметили: «Но наверху вас ждет еще более прекрасное зрелище». Одежда леди уже совсем отсырела, но она отказалась от дальнейшей борьбы и обреченно продолжала восхождение. В конце концов компания достигла вершины. Их встретил густой туман да едва различимая цепь холмов на горизонте. «Но ведь здесь не на что смотреть», – запротестовала американка. «В этом весь смысл. Мы поднялись на вершину именно для того, чтобы ничего не увидеть», – ответили китайские друзья».
Возможно, это один из аспектов нашего менталитета, который очень трудно понять людям западной цивилизации. Неужели это действительно так? Смею предположить, что наши цели порой различны. Западные люди обычно больше стремятся узнать название места, его историю, какие-то важные даты, с тем, чтобы описать его, поговорить о нем с друзьями, а мы просто хотим насладиться этим местом, пейзажем, панорамой и редко обсуждаем с друзьями детали путешествия.