Как ни странно, она действительно чувствовала себя уютно. Ее тело больше не доставляло ей беспокойства. Когда принесли завтрак, она, сделав усилие, проглотила немного каши, что вызвало возглас одобрения у сиделки. И были еще возгласы одобрения, когда она съела три чайных ложки сваренного всмятку и потом взбитого яйца и тонкий кусочек хлеба с маслом.
Когда позже ее умыли и расчесали ей волосы, и она лежала, ожидая прихода сына, то слегка задремала, а проснувшись, увидела не только Ричарда, но и ту симпатичную девушку, на которой он собирался жениться. Они стояли и смотрели на нее. А потом девушка произнесла:
— Доброе утро.
А она ответила улыбкой и сказала:
— Доброе… утро.
— О! — воскликнул Ричард. — Твой голос сегодня звучит лучше. Это говорит о том, что и с твоими легкими стало получше.
Он отошел от кровати, пододвинул кресло и сделал Джеки знак, чтобы она села поближе к изголовью его матери.
А сам он взял слабую руку матери в свою и, наклонившись, тихо сказал:
— Твой голос действительно звучит сильнее сегодня утром, мама. Ты чувствуешь себя лучше?
Она взглянула на него и кивнула. Он повернулся и беспомощно посмотрел на Джеки. Она понимала, что он не знает, как начать, поэтому, взяв вторую руку Айрин в свою, она погладила ее, а потом заговорила:
— Ричард должен вам кое-что сказать, моя дорогая, но он боится, что это встревожит вас.
Айрин внимательно посмотрела на сына и, к его удивлению, сказала абсолютно четко:
— Я знаю… он ушел… умер.
Они долго смотрели друг на друга. Потом она очень медленно вытащила свою руку из его руки и погладила его по лицу, а на ее губах даже появилось подобие улыбки, когда она сказала:
— Свободна.
Он отвернулся от нее и, как слепой, направился к окну. Казалось, что все слезы, которые в детстве ему приходилось сдерживать из-за страха перед отцом, наполнили в нем колодец и теперь потекли через край, и эти потоки он не мог остановить.
Он слышал, как Джеки говорила его матери:
— Вы удивительная…
Она действительно была удивительной, но он внезапно осознал, что она скоро покинет его.
Похороны Эдварда Мортимера Бейндора состоялись через четыре дня. Об этом событии не кричали крупные заголовки каких-либо газет, но в одном из ведущих журналов ему было посвящено немало строк, автор которых выражал удивление по поводу того, что такого крупного финансиста кремировали с меньшей помпой, чем любого другого человека, занимавшего подобное положение. Круг присутствовавших на этих похоронах был весьма ограничен. Здесь были стряпчие Эдварда Мортимера Бейндора Александр и Джеймс Армстронги, представители его бизнеса в Америке, Германии, Франции, Италии и Голландии. Все очень сожалели, что его единственный сын не смог присутствовать при отпевании — ему нездоровилось. Присутствовал также ближайший сосед покойного лорд Блейки, отец мисс Жаклин Фрэнке, обрученной с мистером Ричардом Бейндором.
Мистер Ричард Мортимер Бейндор унаследовал то, что с полным правом можно было назвать финансовой империей.
После похорон Александр, Джеймс и Ричард ежедневно по многу часов занимались обсуждением дел с управляющими заморских отделений корпорации. Они сошлись на том, что нужно назначить главного исполнительного директора, который проверил бы состояние дел всех филиалов и составил отчет — и тогда стало бы ясно, нужно ли распустить часть из них или продать.
Когда наконец трое мужчин остались в конторе одни, Ричарда прорвало:
— Я не справлюсь со всем этим, Алекс. Вы же видели, они все считают, что я займу его место и буду управлять всеми ими, как это делал он.
— Как я говорил тебе, а мы сказали это им, его место займет новый исполнительный директор, — ответил Александр.
— Что ж, это должен быть очень суровый и энергичный человек, чтобы справиться со всем этим. Я бы посоветовал вам, Алекс, распродать как можно больше филиалов.
— Ничего подобного я делать не буду. А что касается кандидата на эту должность, то я знаю такого человека.
— Знаете?
— Да.
— А почему вы не упоминали о нем раньше?
— Потому что не мог. Я с ним еще не говорил. Но я знаю, что этот человек способен изучить деятельность отдельных филиалов и выработать общие принципы управления.
— И кто же он?
— Джордж Пикок. Он старший партнер бухгалтерской фирмы, находящейся на той стороне площади. Ему еще нет пятидесяти. Подобно мне он стал работать в семейной фирме и продолжил дело своего отца. Более того, его опыт работы значительнее, чем мой. Он очень хороший бухгалтер с опытом управляющего имуществом, являющимся предметом судебного спора, а также имеет контакты в инвестиционных компаниях и банках. Он должен ухватиться за возможность заняться оценкой и реорганизацией империи Бейндора. В любом случае нужно поговорить с ним, но я заранее знаю, каким будет его ответ. И он совершенно спокойно может оставить свою работу на младшего брата, который, как и их отец, специализируется на более общих аспектах бухгалтерской деятельности.
— Что бы ни случилось, — сказал Ричард, — я буду продолжать заниматься своей работой. Еще два года, и я стану настоящим специалистом, а я люблю свою работу.
