Когда студенты помогли Семунду с его раной и немного выдохнули, они встали вокруг Роксаны, которая так и не смогла сдвинуться с места.
— Я много всякого думал о Роксане, но что она демон… — задумчиво сказал Роберт.
— Как она могла так долго скрываться среди людей? — спросила Мелисса. — Нам рассказывали, что демоны — это кровожадные создания, которые рвутся убивать, стоит им только завидеть человека.
— Это крайне общее представление о демонах, — заметил Лазарь. — Всё дело в форме её рогов. Всего их было три. Обладатели бараньих действительно вели себя так, как сказала Мелисса, но они при этом были куда крупнее. Ещё были демоны с закрученными рогами — они владели магией. Примитивной, конечно, но невероятно мощной. А третьим видом были козьи рога. Демоны такого этого вида были самыми редкими, но при этом самыми опасными, ибо они могли использовать магию маскировки и перевоплощения.
Дарим подошёл к Роксане, заглянул в её оранжевые глаза, а затем спросил:
— Откуда ты пришла?
— К чему весь этот фарс? — искажённым голосом отвечала Роксана. — Вы ведь всё равно меня убьёте, так к чему ломать комедию? Я ничего вам не скажу.
— Скольким студентам ты причинила вред за время обучения? Гиены не в счёт.
— Ни одному, — отозвался демон.
— Это правда? — спросил Дарим, обернувшись к Ванессе.
Девушка стояла и поддерживала Людвига за руку. Вначале она нахмурилась, явно не одобрив вопрос Дарима, но затем вздохнула: — Правда. Насколько я могу, судить, конечно. До этого я определяла намерения людей, а не демонов, поэтому не могу ничего гарантировать.
После этого Дарим кивнул и резко вытащил стрелу из шеи Роксаны. Никто не ожидал подобного исхода, поэтому все присутствующие переполошились и схватились за оружие.
— Какого чёрта ты творишь?! — крикнул Роберт.
— Спокойно, — отозвался Дарим.
Роксана подвигала конечностями, проверяя, прошёл ли паралич, внимательно посмотрела на Дарима и спросила:
— Зачем ты это сделал?
— Раз ты никого не убивала, значит ты мне не враг. Но и другом я тебя после всего произошедшего тоже назвать не могу. Ты всё это время нас обманывала, вдобавок оказалась существом, которое известно в истории только как убийца-людоед. Как бы сильно мне не хотелось, я не могу довериться демону, даже хорошо знакомому. Тем не менее, как я сказал раньше, врагом ты мне не приходишься. Поэтому я дам тебе шанс уйти туда, откуда ты пришла. А если ты после этого причинишь любому человеку вред, мы придём за тобой и закончим начатое.
Повисло напряжённое молчание. Дарим понимал, что все позади него не в восторге от принятого решения, но он считал его единственно правильным. Роксана хотела было что-то возразить или спросить, однако так и не решилась, поэтому она молча перевоплотилась обратно в человека, покрыв себя на несколько секунд оранжевым свечением. Перед студентами отныне стоял не демон, а обнажённая и израненная девушка. Ванесса быстро положила на глаза Людвига свою маленькую ладонь. Лазарь не думая скинул свой широкий плащ и протянул его Роксане.
— Спасибо, — неуверенно сказала девушка, закуталась в предложенную одежду и вновь посмотрела на Дарима. — И тебе спасибо. Я никогда не думала, что дождусь пощады в истинном обличии.
После этого студенты направились к общежитиям, где Роксана смогла переодеться в запасную одежду. Закинув алебарду на плечо, девушка осмотрела всех присутствующих и сказала:
— Надеюсь, что мы видимся не в последний раз. Особенно с тобой, Дарим.
— Поживём — увидим, — отозвался он.
Роксана постояла в нерешительности ещё некоторое время, а затем развернулась и медленно зашагала к выходу из Академии, которая за всё это время успела стать ей родной, равно как и люди, которые в ней учились.
Погода на улице в тот день была исключительно невзрачной — светло-серое небо, из-за которого слабо виднелось бледное солнце, ветра практически не было. Даже температура воздуха была чем-то средним между жаркой и холодной. Капелла и её приближённые стояли рядом с могильным камнем Ириды. Помимо них на церемонии присутствовали и те немногие, что могли называть себя её родственниками, хотя по их взглядам было видно, что им на судьбу девушки было по большему счёту всё равно, и приехали они исключительно потому, что так было принято, чего не скажешь о её друзьях, которые давились слезами, не могли найти себе места и постоянно требовали от Капеллы, чтобы та рассказала, из-за кого это случилось. Сделать это ей не позволял здравый смысл.
Капелла слегка погладила неровную поверхность шрамов, оставленных Оливией — они были по всей правой половине тела её брата, а ещё на нижней части лица с той же стороны. Мало того, что обгоревшая кожа жутко выглядела, так шрамы ещё и сильно болели. Капелла предположила, что это происходило в результате того, что в шрамах осталась необузданная мана Оливии, а способа извлечь её Миллиганы не нашли.
