Всю дорогу домой у меня не выходит из головы сказанное Фарджем. Мне тяжело принять, но в его словах есть смысл, и, кажется, меня пугает это. Настораживает его правота. На улице к пяти часам дня разыгрывается настоящий ураган. Немного накрапывает дождь. Повсюду мчится сухая листва. Нечто похожее творится в моей голове. Иду по тротуару, иногда сходя на пустую дорогу, чтобы обойти лужи. Район иногда тревожит своей тишиной. Богатые дома окружают по бокам, но в них нет жизни. Только внешнее превосходство над обычными старыми пятиэтажками, в которых живут, как здесь принято выражаться, «низшие слои общества». Относить других людей за их материальный недостаток к «низшим» слишком уж примитивно. Как мне кажется, у так называемых «низших» есть нечто большее, нежели деньги.
Складываю руки на груди, пытаясь спрятать от сильного ветра свои замерзшие пальцы. Волосы уже не привести в порядок без вмешательства расчески. Гром разносится эхом по округе, вынуждая меня обернуться. Глаза щурю от ударившего в них морозного ветра. Всматриваюсь в темнеющий горизонт, сверкающий яркими вспышками. Гроза? Опять?
Ускоряю шаг, опуская голову ниже. Тяжело противостоять стихии. Постоянно тяну ткань кофты вниз, застегиваю молнию. До ушей доносится музыка. Кто-то явно не вовремя устроил вечеринку. На улице ещё день. Кому-то не терпится до вечера?
И удивление не проявляется ни внутри меня, ни снаружи на лице, когда подхожу к своему дому, касаясь рукой калитки. Оглядываюсь на окна комнаты Причарда. Слышу голоса. Музыка не стихает. Входная дверь распахнута. Могу разглядеть в окнах гостиной и кухни силуэты людей. Пальцами провожу по дверце калитки, шагнув в сторону дома парня, при этом не оглядываясь на свой, не боясь, что мать может уже наблюдать за мной. Медленно шагаю в выбранном направлении, минуя несколько автомобилей, которые почему-то припаркованы на газоне. Да, миссис Пенрисс это не понравится. Интересно, где родители Причарда? Поднимаюсь на крыльцо, останавливаясь на пороге дома, и рассматриваю подростков, которые уже изрядно успевают набраться. Они курят травку, бегают и танцуют под музыку, толкаясь. В руках бутылки со спиртным и стаканчики с тем же содержимым. Темнота существует за счет выключенного света и разбитых светильников. Продолжаю стоять на пороге, смотря на все это со стороны. Непривычно видеть происходящее и оценивать здраво поступки окружающих тебя людей. Перевожу взгляд на парочку, которая с дикой похотью в глазах раздевается у стены. Парень задирает юбку девушки, успевающей неуместно хохотать и подпевать, отпивая алкоголя из кружки, пока этот тип расстегивает ширинку. Морщусь, отводя взгляд в сторону, а в голове громче проносятся слова Дейва. Мне не нравится вот так мучить себя из-за слов человека, который никак не должен влиять на мою жизнь, но…
Отвлекаюсь от своих мыслей, когда из гостиной выходит еле стоящий на ногах Причард. Парень вытирает ладонью нос, испачканный в белом порошке, и покачивается на носках, схватив бутылку пива с комода. Хмуро наблюдаю за ним, чувствуя правильное отвращение к подобному внутри себя. Оно сидит так глубоко, и меня тревожит, ведь не помню, когда именно мне удалось спрятать от себя частичку чего-то правильного.
Причард запрокидывает голову, большими глотками поглощает содержимое бутылки, и резко опускает лицо, морщась и сжав мокрые от пота веки. Ладонью закрывает рот, хрипло дыша. Да, я способна сквозь слой громкой музыки расслышать его дыхание.
Мне не стоит осуждать его. Не имею права. Парень оглядывается, остановив свое внимание на мне, и как-то странно улыбается, даже криво. Идет ко мне, но не двигаюсь с места, сложив руки на груди. Смотрю в ответ довольно серьезно, а Причард встает напротив, опираясь локтем на дверной проем, и вновь отпивает, не сводя взгляда с меня. Он под кайфом.
— Здрав… Здравст… Привет, мисс Идеальность, — с трудом шевелит языком, немного наклоняясь ко мне, но опять же не двигаюсь, только брови сильнее хмурю, противясь запаху табака.
— Твоих родителей нет дома? — Догадываюсь, и парень прикрывает веки, довольно улыбаясь:
— Нем-но-го, — вновь отпивает алкоголь, сморщившись, и дышит на меня, вспомнив. — У ме-ня есть трава, — роется в карманах, вынимая пакетик с каким-то темным содержимым. — От нее вооб-ще так мозги выши-бает, обо всем забываешь, — протягивает мне, и первая реакция — это рывок. Поднимаю руку, спокойно готовясь взять пакетик с сомнительным содержанием. Неужели, я уже подсела? Мне казалось, что я могу в любой момент остановиться. Ведь это просто — контролировать себя. Но моя реакция говорит об обратном. Останавливаю руку, пальцами касаясь пакетика, и с ужасом в груди и мыслях отдергиваю ладонь, хмуро уставившись на траву. Нет. Погоди, Харпер, подумай. Если на этой стадии ты ощущаешь некое желание, то, что будет потом? Нужно остановиться, Мэй.
Перебираю пальцами, чувствуя, как сухость во рту увеличивается, а несвойственное мне ощущение тяги к чему-то затрудняет дыхание.
