— С тобой всё хорошо? — спрашивает, но Харпер обнимает живот руками, только и может, что кивать, дергано покачиваясь. Девушка подходит ближе, оглядываясь на дверь ванной, и открывает молнию косметички, вынимая белый косяк:
— Хочешь? — протягивает Мэй, которая, как по команде, поднимает голову, уставившись на травку в свертке. — Она помогает расслабиться, — уверяет. Так оно и есть. Харпер трясется, сглатывая воду в сухом горле, и чувствует, как в груди начинает гореть от желания. В сознании окончательно путаются мысли, а пальцы рук сжимаются до хруста, когда дрожащая ладонь отрывается от вздутого от боли живота. Тянется, трогая косяка, и с внутренним разочарованием готовится разрыдаться, ведь ломается. Харпер шмыгает носом, пряча лицо от девушки, которая хмурит брови, отдавая травку Мэй:
— Ты точно в норме?
Та активно кивает головой, сжимая пальцами ненавистный сверток. Девушка дает ей зажигалку, отворачиваясь, и как-то задумчиво уходит в ванную, чтобы проверить макияж.
И Мэй, как лишенная ума, нервно справляется с косяком, сунув его в рот. Чиркает зажигалкой, поджигая кончик, и тут же затягивает, чувствуя, как слезы сжимают глотку. Её лицо корчится, а соленая горячая жидкость стекает по щекам, когда первая затяжка бьет в голову. Харпер свободной ладонью накрывает половину лица, наклоняясь к своим коленям. Мычит, вновь глотая дымок, туманом покрывающий её сознание.
Девушка выпрямляется, выдыхая, и жадно повторяет свои действия, понимая, что косяк начинает заканчиваться. Но ей этого мало. А остановиться она психологически и физически не может.
Три девушки выходят из ванной, переговариваясь, и направляются к двери. Та же самая оглядывается, смотря на Мэй, и спрашивает:
— Лучше?
Харпер сдержанно кивает, но сжимает косяк, прикусывая губу. Девушка переступает с ноги на ногу, сощурившись с загадочной улыбкой:
— Знаешь, а ведь там, куда мы едем, много травки, — растягивает розовые губы, когда Харпер дергает головой в её сторону, сильнее сжав себя руками.
Ей нужно больше.
Этим вечером Харпер не существует.
Вновь вертит телефон в руках, зажав сигарету между пальцами. Дым поднимается в воздух растворяясь чуть выше его головы. Дейв смотрит довольно долго на номер Дилана, но опять отбрасывает аппарат в сторону, поднося сигарету к губам. Пускает дым. Знает, что старушка не приветствует курение в комнате, но ничего не может с собой поделать. Ему тяжело сидеть на месте по многим причинам. Его беспокоит буквально каждая мелочь, а сейчас парень весь на иголках, ведь по его дому бродит ещё одна причина для волнения. Старушка внизу занимается Лили, а Фардж выбирает сидеть сверху, в своей комнате, чтобы особо не светиться рядом с Роуз, от поведения которой ему хочется улыбаться. Но именно эта улыбка в последствии злит ещё сильнее. Ему не нравится, когда кто-то заставляет его растягивать губы в такие моменты внутреннего дискомфорта.
Оглядывает комнату, подняв глаза на часы. Уже почти десять. В окнах дома напротив давно горит свет, и это тревожит Дейва. У Роуз определенно будут проблемы. Кусает ногти, опять затягивает никотина, и кашляет, когда поворачивает голову в сторону открытой двери. Парень ерзает на кровати, устраиваясь удобнее, и вынуждает себя хотя бы повернуть голову в сторону Роуз. Девушка переступает порог, всё ещё покачиваясь на тонких ногах, и прижимается спиной к стене, слегка выгибаясь.
— Вижу, ты не отошла, — Фардж констатирует факт, а Лили только и делает, что улыбается, поэтому прикрывает горячие веки, наслаждаясь приятным теплым покалыванием в животе. Дейв держится без эмоций, даже немного строго и сердито говорит с девушкой, чтобы та не расслаблялась, но на всю его суровость Лили плевать. Она чувствует себя прекрасно, хоть плохо понимает, что происходит вокруг неё.
— Почему ты выпила? — парень делает вид, что с интересом разглядывает сигарету, которую курит, на самом деле улавливая каждый вздох со стороны Роуз, которая вздыхает, но уже не обреченно:
— Мой парень ведет себя, как придурок, — говорит спокойно, немного покачиваясь из стороны в сторону.
— Тогда… — Дейв сглатывает. — Почему ты с ним?
— Просто… — девушка не задумывается над ответом. — Просто хочется, вот и всё.
— Ясно, — Фардж грубо отрезает любую возможность продолжить разговор. Напряженной рукой сует сигарету в рот, втягивая дым, и не поворачивает голову, пока девушка трет горячие щеки, что-то бурча под нос. Молчание затягивается. Некомфортно. Дейв кусает губу, опять проглатывая комок в горле:
— Если хочешь, можешь остаться на ночь. У нас есть комната для гостей, — оповещает, холодно проговаривая слова. — Спроси у старушки. Она тебе её покажет.
— Почему ты злишься на меня? — вопрос со стороны Лили прилетает внезапно, сбивая поток мыслей Фарджа. Он моргает, отворачивая голову в сторону, чтобы не видеть её даже краем глаз:
— Я не злюсь, — ровно произносит.
Роуз долго смотрит на него с особым вниманием и медленно моргает, шепча с какой-то озадаченностью:
— Да. Ты не можешь злиться на меня.
