Пальцами парень давит на мой живот, глотает аромат волос, спускается ниже, и я не открываю веки, поскольку боюсь все испортить. Пусть трогает, как хочет. Главное, что О’Брайен проявляет инициативу, что происходит крайне редко. Дилан касается носом виска, щеки. Ниже. Мне становится больно от тянущего ощущения в животе, а сердце начинает скакать с такой силой и быстротой, что мне явно потребуется успокоительное, чтобы вернуть себе внутреннюю гармонию. Немного наклоняю голову в сторону, поворачивая слегка к парню, чтобы самой вдохнуть знакомый аромат кожи. О’Брайен наклоняется ниже, настигает шеи, и мне не хочется думать о том, что он делает странные вещи, когда кончиком языка касается вены под кожей. Не надо. Не думай. Просто наслаждайся. Своими пальцами сжимаю его футболку в районе живота, тяну, боюсь порвать. Дилан поддается еще ниже, и тут я понимаю, что это он. Как бы странно это не звучало, но… Это еще тот Дилан, просто он не в себе, не побоюсь сказать. Парень слишком закрылся, но то, что он делает, дает понять, что ничего не потеряно.
А дело в том, что парень немного приспускает рукав моей футболки, когда щекой трется об изгиб шеи, двигаясь ближе к плечу.
Это он.
Потому что останавливается губами на плече. Не целует. Но тормозит. Дышит. Не так, как до этого. Просто, без желания глотнуть запах. Как нормальный человек. Я поворачиваю голову, носом касаюсь его затылка, заметно глотнув воды во рту:
— Дилан? — обращаюсь к нему шепотом, чтобы не спугнуть настрой. Парень только немного приподнимает лицо, взглядом встретившись со мной. Не совсем думаю о последствиях, когда без контроля касаюсь пальцами его щеки, наклоняя голову, и успеваю коснуться его губ.
Звук бьющегося стекла. Не сразу понимаю, что происходит, но приходится отшагнуть от О’Брайена, который так же отходит назад, явно сильно нервничая. Смотрю на осколки кружки, что разбросаны теперь по полу, и неясно, как посуда разбилась. Почему-то мне показалось, что она прямо лопнула в его руке. Так сильно сжал? Почему?
Поднимаю обеспокоенный взгляд на парня, который тяжело дышит. Его взгляд мечется по полу, а на лице полная… Злость. Понимаю, что сделала лишнее, поэтому отступаю назад, выдавливая из себя извинения:
— Прости, — шепчу, активно заморгав. — Прости, — повторяю, не дождавшись, что он посмотрит на меня. Разворачиваюсь, торопясь покинуть помещение. Боже. К подобному я не была готова. Почему он так среагировал, словно… Нет, не хочу даже думать. Надо найти Дейва, чтобы тот посидел с Диланом. Он не должен находиться наедине, может уйти. Я все еще не полностью доверяю ему.
— Дейв? — поднимаюсь на второй этаж слишком быстро, голова начинает кружиться, одолевает легкая тошнота, но борюсь с этими ощущениями, заглядывая в нашу комнату. Пусто. Моргаю, немного замявшись на пороге. Слышу какой-то шум со стороны двери напротив, поэтому без задних мыслей направляюсь в комнату Джо, толкнув тяжелую, скрипящую дверь. И, если честно, это последнее, что я ожидаю увидеть.
А именно Фарджа, стоящего возле стола, наклоняющегося и вдыхающего себе в нос непонятный белый порошок. Он делает это быстро, но вовсе не стесняется меня, поэтому выпрямляется, пальцами сдавливая ноздри. Запрокидывает голову, и мне становится не по себе, когда он подносит к губам косяк.
— Что ты делаешь? — с легким шоком воспринимаю происходящее. Парень не обращает внимания, поэтому шагаю к нему, с паникой касаясь плеча:
— Дейв? — сжимаю пальцами, и Фардж реагирует замедленно. Поворачивает голову, громко вдохнув дым в глотку:
— О-у, — тянет, тут же усмехаясь. — Че? — неприятно звучит. — Ты застала меня, как неприятно, — тихо смеется, а мне приходится растерянно оглядываться назад, думая одновременно о Дилане внизу и этом кретине здесь.
— Зачем ты начал курить и… — смотрю на пустые пакетики с белым порошком, разбросанные по полу. — Боже, сколько ты принял? — с ужасом и напряжением пытаюсь установить зрительный контакт с человеком, который еле вообще воспринимает меня, как живое существо.
— Это может быть опасно, — говорю, на что получаю грубое дерганье плечом. Дейв со злостью и раздражением пытается освободиться от моей хватки:
— Блять, иди на хуй, — пинает меня от себя, а из-за слабости в теле мне легко потерять равновесие, поэтому отхожу назад, еле успев ухватиться за край комода. Опускаюсь на колени, подняв на парня испуганный взгляд:
— Дейв, прекрати, — он давно не принимал, так хорошо работал над собой. Почему он бросает все на самотек? Так нельзя!
Фардж не слушает. Берет следующий пакетик, открывая, и начинает высыпать на стол, делая дорожку. Его пошатывает. Не нахожу решения лучше, чем:
— Дилан! — кричу, оглядываясь назад. Хриплый голос звучит тихо, но, уверена, меня услышат:
— Дил! — повторяю. Поднимаюсь на слабые ноги, пытаясь говорить с Фарджем спокойно:
