Не покидало ощущение холода. Осень выдалась ранняя. Выступать приходилось в основном на улице. Система, например, у той же Нины Корниловны простая, но эффективная. На каждый день у нее спланировано посетить 4–5 деревень. В каждой у нее, как у бывшего председателя колхоза, есть свои доверенные люди. Они обходят жителей, сообщают, что в намеченное время (чаще всего у магазина или почты) нужно собраться для встречи с кандидатом в депутаты.
Приезжаешь в указанное место ко времени и обязательно ждешь минут 30–40, пока не соберутся селяне. Если собралось человек 20–25, то это хорошо. Иногда люди не собирались вовсе, и приходилось всей бригадой вновь обходить дворы, приглашая людей на встречи. Да еще нужно было успеть сунуть в каждую калитку, каждый почтовый ящик газету или листовку.
Есть у нас уазик-«буханка» 74-го года выпуска. Числится за горкомом. Мы его оборудовали самодельным звукоусилительным устройством, работающим от аккумулятора. Если деревня большая, то, включив на полную мощь громкоговоритель, проезжаешь несколько раз по деревне из конца в конец, объявляя о встрече. В промежутках между выступлениями включаются советские патриотические песни.
Та ещё картина. По разбитой сельской улице, одолевая непролазную осеннюю грязь, ныряя в здоровенные лужи, пробирается, рыча, уникальное создание отечественного автопрома. Темнеет в конце октября — начале ноября рано. Смеркается. А тут по притихшей деревне раздается бодрый голос кандидата, несутся громкие песни.
Иногда со всей деревни сбегались собаки. Они прыгали за машиной, вырывающейся с ревом на двух мостах из очередной рытвины, пронзительно лаяли. Лай поднимался по всей деревне. Это было даже хорошо, взбадривало людей. Жители выходили к воротам своих домов поглядеть, кто это там шумит и по какому поводу.
В Марпосаде на рынке мне нравилось выступать больше всего. Сам рынок маленький, тесненький, но недалеко от главного входа есть небольшая площадка, на которой скрещиваются два основных торговых ряда. Возьмешь в мясном павильоне у девочек-продавщиц табуретку, поставишь прямо посередине площадки, взберешься на нее и начинаешь выступление. Народ заходит на рынок, вываливает с двух торговых рядов и натыкается прямо на тебя. Тут же образуется аудитория человек в 100–150.
Здесь важно не переборщить. Слушать тебя будут не больше 10–15 минут. За это время нужно успеть сказать все, что считаешь важным.
Самый неуютный рынок — в Новочебоксарске. Ряды там стоят тесно. Площадка — только на троллейбусной остановке. Приходится выбегать на нее через каждые 15 минут, когда состав слушателей уже изменился, публика свежая, и уже за 5-10 минут попытаться хоть что-то до людей довести. Поэтому чаще всего приходилось выступать прямо в помещении — недостроенном спортивном зале, приспособленном под торговлю.
Барахолка в Новочебоксарске — неблагоустроенная, прямо посреди поля. Пространство главной площади велико, продувается во всякое время ветром, и даже с мощным мегафоном докричаться до людей очень сложно.
В том же Новочебоксарске часто приходилось выступать прямо на улице, на автовокзале. Школы и больницы там «перекрыты» Андреевым (мэром) для выступлений коммунистов «наглухо». Не говоря уже о предприятиях. И население там для общения очень тяжелое, «неподъемное». Собрать людей на встречу там, по моему опыту, раза в два тяжелее, чем в Чебоксарах. И здесь нужно отдать должное замечательному человеку, коммунисту, бывшему первому секретарю Новочебоксарского городского комитета КПРФ Михаилу Федоровичу Редькину.
Мы выходили с ним прямо на середину какого-нибудь двора, и, пока я громко (так, чтобы было хорошее эхо) объявлял о начале встречи, Редькин и работающая в этот день с нами небольшая группа коммунистов и патриотов быстро обходила квартиры и еще раз (потому что накануне на подъездах развешивались объявления) приглашала людей на встречу.
С Редькиным мы опробовали и некоторые «новшества». На главной улице Новочебоксарска — улице Винокурова, от ДК «Химик» до магазина «Каблучок» расположено пять больших остановок. Там народ есть всегда, ждут транспорт на Чебоксары и главный, 54-й троллейбус. Быстро, за пять минут, сообщаешь людям, ждущим транспорт, кто ты такой есть и что ты хочешь сделать в качестве депутата.
Так и ходишь постепенно от одной остановки к другой. Вниз по улице Советской, напротив мебельного магазина, перед мостом, две крупные остановки расположены напротив друг друга. Там сходит много людей, едущих домой с «Химпрома» и из промзоны. Там я вставал прямо посреди дороги и через звукоусиливающее устройство обращался к людям на остановках. Иногда удавалось сразу «охватить» таким образом человек 50–60.
