«Тяжело попрошайничать, — подумал он, — да и жителей деревни приходится постоянно просить о чем-нибудь». У него появилась корова, и он стал выпрашивать у людей сено. «Пора начать возделывать землю вокруг хижины», — решил он. Но это оказалось совсем непросто, ведь работа практически не оставляла ему времени на медитацию. Поэтому он нанял людей для обработки своей земли. Присматривать за рабочими оказалось делом непростым, поэтому он женился, и жена взяла на себя часть обязанностей по хозяйству. Не удивительно, что в течение короткого времени он превратился в одного из самых зажиточных жителей деревни.
Прошло несколько лет. Как-то гуру ехал мимо этой деревни и с изумлением обнаружил на месте маленькой хижины огромный особняк. Он спросил одного из своих последователей: «Не то ли это место, где когда-то жил один из моих учеников?»
Вместо ответа к нему вышел сам ученик.
— Что здесь происходит, сын мой? — спросил гуру.
— Ты не поверишь, учитель, но для меня это оказалось единственным способом сохранить свою набедренную повязку.
На скалистом морском побережье, где часто терпели крушение корабли, находилась одна маленькая полуразвалившаяся спасательная станция. Это была всего лишь небольшая хижина с единственной лодкой, но немногие обитатели станции составляли сплоченный коллектив спасателей, ведущих постоянное наблюдение за морем. Эти люди совсем не думали о себе и собственной безопасности; они бесстрашно бросались в океанские волны всякий раз, когда какое-нибудь судно терпело крушение. На их счету было немало спасенных жизней, поэтому станция получила известность во всей стране.
По мере роста славы спасательной станции росло и желание жителей близлежащих поселков иметь хоть какое-нибудь отношение к ее безупречной репутации. Они стали часто появляться на станции, щедро финансировать ее нужды. В результате появились новые члены клуба спасателей на водах, закуплены новые лодки, созданы новые спасательные команды. На месте лачуги вырос просторный дом, где теперь можно было предоставлять весь комплекс услуг спасенным на море. И конечно — ведь крушения кораблей происходят не очень часто — станция стала популярным местом встреч, своего рода общественным клубом. Со временем члены клуба настолько увлеклись социальными вопросами, что потеряли интерес к спасательным операциям, хотя продолжали щеголять нагрудными значками с логотипом спасателей на воде. На самом же деле от спасенных были одни неприятности: они всегда были грязными, больными, пачкали ковры и мебель.
Постепенно общественная деятельность клуба стала столь насыщенной, а спасательные мероприятия на воде столь редкими, что на одном из заседаний совета клуба некоторые его члены стали настаивать на возвращении организации изначальных функций. На том же заседании возмутителям спокойствия — а они составляли меньшинство — было предложено покинуть клуб и организовать себе где-нибудь другой.
Именно так они и поступили: новая станция была построена неподалеку от старой. Мужество и бесстрашие спасателей принесли ей известность. Через некоторое время количество спасателей увеличилось, лачуга была перестроена в особняк, а энтузиазм постепенно улетучился.
Если вам доведется побывать там сегодня, то вы увидите немало эксклюзивных клубов, разбросанных по всему побережью. Каждый из них справедливо гордится своим происхождением и традициями. И по сей день корабли продолжают терпеть там крушения, но, похоже, они никого не интересуют.
В одной пустынной стране деревья росли плохо и фруктов практически не было. Легенда гласит, будто Бог захотел, чтобы фруктов хватало на всех. Он сказал одному пророку: «Передай всему народу и будущим поколениям мой приказ: каждому человеку запрещается съедать больше одного фрукта в день. Запиши его в Священном Писании. Каждый, кто нарушит эту заповедь, будет считаться грешником, совершившим злодеяние против Бога и всего человечества».
На протяжении многих веков люди беспрекословно следовали этому закону, пока ученые не нашли способ превратить пустыню в цветущий сад. Страна стала выращивать богатый урожай зерновых, разводить многотысячное поголовье скота. Ветви фруктовых деревьев склонялись от тяжести зрелых плодов. Однако за строгим соблюдением фруктовой заповеди продолжали следить религиозные и общественные организации страны.
Любого, кто заявлял, что позволять фруктам гнить на деревьях — значит совершать зло против человечества, обвиняли в ереси и признавали врагом морали. Те, кто подвергали сомнению мудрость слова Божьего, руководствовались прежде всего логикой; о них говорили, что им недоставало веры и покорности, посредством которых можно познать истину.
В церковных проповедях нарушителям закона давались крайне негативные оценки. Однако никогда не говорилось о тех, кто тщательно соблюдали закон, но вели нищенское существование, и тех, кто постоянно нарушали закон, а жили при этом припеваючи.
