— Чтобы петь, — возразил Насреддин, — мне нужен или большой кувшин, налитый до половины водой, или же бассейн эмирской бани.
— С бассейном сейчас ничего не выйдет, — ответил эмир, — но кувшин с водой принести нетрудно.
Эмир велел принести большой хум[47] и налить его водой до половины. Насреддин просунул голову в хум и запел противным голосом. Эмир был так недоволен, что велел всем слугам намочить руки водой из хума и лупить Насреддина по щекам до тех пор, пока не кончится вся вода. Как только Насреддин получил вторую оплеуху, он встал на колени и стал возносить благодарственные молитвы богу.
— За что же ты благодаришь Аллаха? — спрашивает его эмир, а Насреддин отвечает:
— Если бы вместо хума был бассейн — долгие годы им пришлось бы бить меня, а мне терпеть их оплеухи.
Эмир рассмеялся и простил его.
Однажды сын Насреддина заявил, что баклажан — это теленок, который еще не раскрыл глаза.
Насреддин на это заметил:
— Вы не думайте, что это я научил сына такой премудрости. Он дошел до этого своим собственным умом.
Насреддин покупал на базаре парчовое платье для жены, Приятель спросил его:
— Ты же собирался разводиться. Зачем же покупать ей парчовое платье?
— Жена моя поставила условие, — ответил Насреддин, — что, как только я куплю ей парчовое платье, она пойдет к кадию и даст согласие на развод.
Насреддин пошел на базар покупать осла. Там было много крестьян, и торговля ослами шла вовсю. Тут один прохожий заметил:
— Здесь, кроме ослов и крестьян, никого нет.
— А вы крестьянин? — спросил Насреддин.
— Нет, — ответил прохожий.
— Так кто же тогда?
Один проповедник возглашал:
— Поститься до полудня в день ашуры[48] — все равно что шесть месяцев соблюдать пост в другое время.
Во время месяца поста рамазан Насреддин пришел к тому проповеднику. Насреддин как раз не соблюдал поста, и проповедник спрашивает:
— Почему ты не постишься?
— Я поступил согласно вашей проповеди, — отвечал Насреддин. — Я постился до полудня во время ашуры — значит, я могу не поститься в месяц рамазан в этом году и еще пять лет впредь.
Насреддин с приятелем отправился побродить по берегу реки. Приятель вдруг говорит ему:
— Посмотри, какая большая рыба! Никогда не видел такую.
Насреддин уставился в степь.
— Почему ты глядишь на сушу? — спрашивает приятель, а Насреддин отвечает:
— Я думал, что рыба выпрыгнула из воды, чтобы погреться на солнышке.
Проповедник возгласил с минбара.
— Тому, кто сегодня ночью совершит намаз о двух коленопреклонениях, Аллах дарует прекрасную гурию, голова которой будет находиться на востоке, а ноги — на западе.
— Не надо мне ни этого намаза, ни этой гурии, — сказал Насреддин, — ведь неизвестно, какая часть ее тела достанется мне.
Сын Насреддина сильно заболел, и лекари уже махнули на него рукой. Насреддин стал искать обмывальщика трупов и могильщиков, а ему говорят:
— Обмывальщик и могильщик пока не нужны.
— Я хочу немного ускорить события, — отвечал он. — Пока они обмоют его и выроют могилу, он скончается.
Насреддин оставил вещь на хранение у одного мударриса[49]. Через несколько дней он пришел за своей вещью, а мударрис говорит ему:
— Потерпи часок, вот я кончу давать урок, тогда и вынесу.
Насреддин видит, что мударрис во время урока трясет бородой, и говорит ему:
— Ты ступай за моей вещью, а я уж, так и быть, потрясу за тебя бородой.
Насреддин увидел на земле зеркало, лежавшее обратной стороной вверх, поднял его, перевернул, увидел свое отражение и говорит:
— Простите, я не знал, что это ваше добро.
Насреддина спрашивают:
— Сколько в нашем городе безумцев?
— Кроме нескольких человек, безумцы все, — отвечал Насреддин. — А эти несколько тоже отчасти безумцы.
В мечеть вбежала собака. Верующие набросились на нее и стали ее бить. К ним подошел Насреддин и говорит:
— Собака провинилась по неразумению, зря вы ее истязаете. Вот я человек разумный, оттого никогда в мечеть не хожу.
Один крестьянин привозил Насреддину из деревни гостинцы, но Насреддин не оставался у него в долгу и всегда чем-нибудь отдаривал. Однажды крестьянин, приехав в город, подъехал к дому Насреддина, стал бить осла и кричать:
— Бездельник! Я хотел погрузить на тебя муку и чечевицу, но ты никак не дался, а теперь мне придется из-за тебя краснеть перед друзьями.
Тут Насреддин высунул голову из окна и говорит:
— Не бей несчастную скотину. Если она не пожелала ничего привезти из деревни, то и отсюда ничего не повезет, так что за лень ей воздастся.
Правителю понадобилось послать храброго человека на опасное дело, ню он никак не мог ни на ком остановить свой выбор.
Тут Насреддин выступил вперед и говорит:
— Я готов выполнить это опасное поручение.
