— Мы можем сделать тебя бессмертным! — выкрикнула Хранительница, пятясь к стене. — Можем сделать одним из нас или просто подарим бессмертие и отпустим.
— Думаешь, я нуждаюсь в этом? — рыкнул я. — Если я захочу бессмертия, то получу его. Сам, безо всяких подачек со стороны.
Я шагал к Хранительнице неспешно. Я был уверен в своих силах и знал, что смогу расправиться с этими двумя паразитами. Я уже поднял руку, в которой билась ослепляющая молния, но вдруг замер.
Это же не я. Это кто-то другой во мне. Точно так же, как третья часть Вольта вынуждала Меркулова делать плохие поступки, так и часть меня, холодная и полная ярости, толкала меня на убийства.
Я мотнул головой, и картинка перед глазами сменилась. Я до сих пор стоял напротив своих друзей, а в меня летели огненные сферы и воздушные воронки.
Что-то во мне кричало, требовало убить этих людей, пройти через их трупы, чтобы стать сильнее и спасти остальных. Но мне не нравился такой расклад. Я уже видел смерти своих друзей, видел, как я легко расправляюсь с ними.
И это было противно мне. Убив ради благого дела, не станешь спасителем. Нет, ты станешь тем злом, с которым боролся, перейдёшь на тёмную сторону и уже не сможешь вернуться.
Мои друзья в этом Каньоне слишком долго. Они увязли в иллюзиях и ничего не соображают. Мне придётся как-то вытащить их, но для этого нужно будет выбить каждого из иллюзий, как вышло с Мишей.
Но сначала я всё же сражусь с ними. Не ответить на атаку я не смогу.
Огненный вал вспыхнул передо мной, замыкаясь в кольцо и отрезая меня от остальных. Тонкие воздушные иглы пробились через огонь и попытались пронзить меня. Но я снова ускорился и, оттолкнувшись от пола, перелетел на ускорении через стену огня.
А Пожарская молодец — такого мощного заклинания я в её исполнении ещё не видел. Да и Борис с Марией не отставали, с каждым разом атакуя меня различными техниками магии воздуха. Тут были и маленькие ураганчики, и полноценные вихри. А потом брат и сестра объединили силы и послали в меня воздушный таран, который должен был размазать меня.
— Ты посмел меня отвергнуть! — прорычала Пожарская, стоило мне чуть замедлиться. — Я княжна! Да за мной очередь из женихов выстраивалась, а ты нос воротишь!
— Ну что ты, Ксюша, — хмыкнул я, зная, что она меня не услышит. — Я предлагал тебе брак. Но таким, каким я его вижу. Помнишь? Пирожки с капустой и послушная жена дома.
— Ты умрёшь! Сегодня, здесь и сейчас, — проорала она. — Никто не смеет так оскорблять княжну Пожарскую!
— Ты умрёшь! — поддержал её Борис. — Оскорбление благородной девушки я не оставлю безнаказанным.
— Давно ли бастардам есть дело до благородных? — удивился я. Не столько тому, что Борис вступился за Ксению, сколько тому, что они меня слышали и даже понимали.
— Ты посмел назвать моего брата бастардом⁈ — рявкнула тихушница Мария Дорохова. — Я размажу тебя, уничтожу! Мой брат — единственное светлое, что есть в роду Дороховых, и я никому не позволю так обращаться с ним.
В меня полетели воздушные клинки. Они были похожи на точные копии мечей, их было около десятка, и все они казались прозрачными. Но я понимал, что кажущаяся прозрачность на самом деле очень опасна, — я видел, как Борис таким лезвием отсёк голему руку в мёртвом мире.
Следом за воздушными клинками в меня устремилось огненное копьё Ксюши и воздушная плеть Бориса. Я ускорился и увернулся, легонько хлестнув ребят в ответ энергетическим хлыстом, — чтобы не зазнавались. Напряжение там было минимальное, но ощутимое.
Когда я вернулся к нормальному течению времени, отдача моих хлыстов добралась до этой троицы. Друзей основательно тряхнуло, но они лишь сжали зубы и приготовились атаковать снова.
— Я потратила на тебя четыре года, — сказала вдруг Алёна тихим голосом. — Я терпела твою инфантильность и лень. Училась за тебя, занималась твоими делами, всегда была рядом…
— Тебе-то я что сделал? — моя помощница не была одарённой, поэтому стояла чуть в стороне после первого неудавшегося рывка.
— Да ты просто бесишь меня! — рявкнула она. — Тебе никогда не было до меня дела! Ты даже не знаешь, из какого я рода, какой магией владею, что я за человек.
— Ты владеешь магией? — вот тут я уже натурально удивился. Нет, правда, я считал Алёну кем-то вроде наёмного работника и не особо вдавался в детали.
— Вот об этом я и говорю, — на лице моей помощницы появилась недобрая усмешка. — Едва мне исполнилось шестнадцать, родители решили отправить меня прислуживать тебе — гадкому избалованному княжичу. Они-то думали, что я сумею расположить тебя к себе и однажды стать княгиней. Но ты был пустышкой! Тупой и ленивый слизняк, вот кто ты!
— Вообще-то я изменился, — мне даже стало смешно.
Алёна обвиняла меня в грехах предыдущего князя. Лично мне было нечего стыдиться. Только разве что того, что я не раскусил её раньше.
Она ведь так старательно опекала меня и пыталась подмять под себя, а я не понял, что это не просто так. Думал, что она из тех девиц, которые считают себя вечно правыми. Алёна оказалась благородной и очень даже расчётливой девушкой.
