— Ну и что у тебя за магия? — спросил я, краем глаза наблюдая за Дороховыми и Пожарской, которые знаками показывали друг другу, как будут атаковать.
— Сейчас и узнаешь, — моя помощница улыбнулась. — Кстати, я помню, как ты отреагировал на мой флирт с Александром Новиковым.
— А ты с ним флиртовала? — я выгнул бровь и рассмеялся. — Да ты просто глазки ему пару раз построила и всё. Я знал, что он до сих пор любит свою Полину.
— Нет, я видела, что тебе не понравилось, — улыбка Алёны стала ещё шире. — Ты так разозлился тогда… после нападения неизвестных.
— Ты уже или атакуй, или дома договорим, — я демонстративно зевнул. — Скучнее разговора не припомню за всю свою жизнь.
— Я уже атаковала, но ты этого не понял, князь, — Алёна моргнула несколько раз и расслабленно выдохнула. — Все твои эмоции принадлежат мне. Ярость, обида, разочарование, счастье, радость и печаль — все они теперь мои.
Я чуть ускорился, чтобы не попасть под атаку троицы, и прислушался к себе. Нет, все мои эмоции были при мне. Зато я понял, почему мне так хотелось убить друзей полчаса назад.
Алёна не просто пыталась меня ударить, как я думал. Она хотела коснуться меня, и ей это удалось. Это моя помощница постаралась вытащить из глубин моего естества самые тёмные мысли и эмоции.
Только вот она так и не поняла — нельзя вызвать те эмоции, которых в человеке нет. И мои мысли об убийстве друзей были лишь усилены, но не созданы из ниоткуда. Во мне с самого начала была та злобная часть меня, которую я изредка доставал из глубин души.
Ну а сейчас я уже справился с этим, так что Алёна только зря потратила силы. Пора заканчивать эту пародию на бой и вытаскивать ребят из Каньона. Только сначала надо всё же разобраться с иллюзиями.
Мне помогли молнии, которые я сам в себя запустил. Может и на ребятах это сработает?
Я запустил пару слабых молний в Алёну. Она вскрикнула и отшатнулась, а потом начала отходить назад. Я ударил ещё, уже сделав разряд сильнее, но кроме вскрика боли ничего не добился.
Зато я заметил кое-что очень интересное. Молния смогла как-то отрезать Алёну от удерживающих её завихрений из тумана и дымки. Похожие на языки пламени сгустки мглы рассеялись на миг, а моя помощница вдруг замерла на месте.
Я закрыл глаза и сосредоточился на магии внутри меня. Вены наполнились жаром, и я почувствовал, как энергия струится по ним, стекается в ладони в виде очень мощного заряда. С каждым вдохом я прогонял эту энергию от ладоней обратно к сердцу — туда, где сиял магический источник.
Мне сейчас нужно было кое-что помощнее обычной молнии — мне нужно было самому стать молнией. И я почувствовал, как начинаю расплываться, сливаться с той энергией, что бурлила во мне и рвалась наружу. Но чего-то не хватало.
Я задумался и понял — не хватает лёгкости. Той самой, когда всё получается без усилий. И сдерживает меня только одно — моё собственное тело.
Я должен отпустить всё, что меня сдерживало, чтобы позволить себе стать молнией. Избавиться от оков привязанностей и чувств. Но я не стану этого делать, иначе всё потеряет смысл.
Мои чувства и эмоции делают меня тем, кто я есть, и отказываться от них я не собираюсь. Должен быть другой выход. В конце концов, это же моя собственная энергия, так какого хрена она мне условия будет ставить?
Проводник я или нет⁈
Я сосредоточился на своих друзьях, на их лицах, перекошенных от ненависти, и сознательно разогнал в себе злость. На Хранителей, на этот туман, который цеплялся за ребят. Чем больше я злился, тем сильнее наполнялся силой.
Пришлось зажмуриться, чтобы не ослепнуть от яркого света, частью которого я стал. Вокруг меня раздался оглушительный треск, когда я пронзил пространство, оставляя за собой след искр. Моя энергия разорвала воздух, каждая молекула вокруг меня задрожала от силы.
Я чувствовал, как мой свет прожигает туман, как огонь сухие листья. Я уже не мог остановиться, лишь разгорался всё ярче и ярче. Этой силой и меня прибило к каменному полу пещеры.
Когда больше не смог её удерживать, выпустил мощный заряд, который разорвал остатки тумана в клочья. Вокруг меня раздался оглушительный взрыв света, и марево рассеялось. В этот момент я понял, что стал тем, кем всегда должен был быть, — не просто повелителем молний, а их создателем.
— Ой, Юра, а ты что здесь делаешь? — воскликнула Пожарская, прервав меня на мысли о собственном величии.
— Спасаю ваши задницы, — проворчал я, начав затухать. Молния сделала своё дело, теперь ей можно и отдохнуть.
