Реальность треснула с громким хрустом разбивающегося стекла, и от земли оторвался целый квартал. Тонны бетона и металла исчезли в пустоте и тут же обрушились на меня.
Траск в то же мгновнеие вытянул в мою сторону руку, и между его пальцами сгустилась липкая, пульсирующая тьма. Та самая энергия, что пожирает саму материю. Та самая, которую я когда-то заточил в глубинах одного из падших миров, запечатав её навек. Судя по всему, тот самый век уже давно прошёл.
Я оттолкнулся от земли, ощущая, как крошится под ногами асфальт, перевернулся в воздухе и мгновенно переместился прямо за спины Хранителей. Взмахом руки я рассеял землю под ногами Траска, превращая её в зыбучие пески, которые начали затягивать его с чавкающим звуком.
Скорн взревел от ярости и снова швырнул в меня очередной небоскрёб, но я уже ускорился. Время замедлилось, и я оказался на уцелевшем мосту, балки которого дрогнули от моего приземления.
Скорн ударил кулаком по опоре. Сталь скрипнула, бетон треснул и рванул во все стороны, и вся гигантская конструкция рухнула, погребая меня под тоннами обломков. Облако пыли взметнулось вверх, но я уже был не там.
Я перенёсся за спину Скорна и с размаху впечатал кулаком в корпус. Из моей руки вырвался импульс энергии, раздирая воздух. Но Скорн в последний момент успел развернуться и ударить в ответ. Нас отшвырнуло друг от друга, а ударная волна сравняла всё в радиусе километра — здания рассыпались, превратившись в пыль.
Траск подгадал момент. Он мчался на меня с клинком, сотканным из сгущённой тьмы. Я едва увернулся, но лезвие чиркнуло по плечу. Кожа вспыхнула как от ожога, и на ней появился тлеющий чёрный рубец.
Ах ты, тварь! Меня же моим собственным оружием⁈ Я всадил кулак в его живот, пробивая внутренности до позвоночника.
Ну а потом я повторил трюк Скорна — вырвал из земли целую улицу. В моих руках асфальт рвался, как бумага, а здания сминались в гигантский шар. Я швырнул его в Хранителей с запредельной скоростью
Ублюдки не стали уклоняться. Вместо этого они снова вспороли реальность — она треснула, как тонкий лёд, и вышвырнула нас в бескрайнюю белую пустоту.
Над головой плясало северное сияние, а ледяные равнины простирались до самого горизонта. Температура здесь была такой, что даже воздух кристаллизовался, — в воздухе висела сверкающая ледяная пыль, впиваясь в кожу тысячами крошечных игл.
— Вот теперь ты проиграл! — прорычал Скорн, готовясь к атаке. Его дыхание клубилось ледяным туманом.
— Нет, — я оскалился в улыбке, ощущая в груди бушующее пламя. — Я только начал.
Скорн широко раскинул руки, и ледяная равнина раскололась, гигантские торосы взмыли вверх, а потом полетели в меня. Они превратились в ледяные копья, и должны были нашпиговать меня, но огонь в моей груди разгорался всё ярче.
Я выдохнул. Первозданное пламя, то самое, что зажгло первые звёзды, рвануло из моей груди огненной струёй. Ледяные копья вспыхнули и испарились, превратившись в клубы пара.
Но Траск уже нёсся на меня, с силой ударяя пятками в землю. От его бега лёд толщиной в сотни метров треснул подо мной, и я провалился в бездну.
Холод обступил меня. Ледяной, пронизывающий до костей. Тьма, сжимающая со всех сторон. Именно таким я создал этот мир-тюрьму — безжалостным и совершенным. Каждый его закон, каждую частицу я знал лучше собственного тела.
Я рассмеялся.
Пламя моей души рвануло изнутри, разрывая ледяные оковы. Лёд вокруг треснул, тьма взметнулась вверх, вынося меня из бездны. Ещё не достигнув поверхности, я уже направлял в Хранителей ледяную бурю, пронизанную молниями.
Каждая льдинка в этом вихре была моим оружием. Воздух завыл от напряжения, когда электрические разряды прошибли ледяные осколки. Земля под ногами Хранителей превратилась в кипящую массу из воды и плазмы.
Неужели эти идиоты до сих пор не поняли, с кем сражаются? Или я по их меркам слишком слаб, чтобы быть Громовержцем? Или, может быть, они давно поняли, кто я, но решили, что сумеют одолеть меня?
Ну получайте же, ублюдки! Я скрестил руки перед собой, призывая энергию этого мира. Осколки льда вокруг нас замерли, а потом ринулись к Хранителям со скоростью пули. Каждый осколок я зарядил молнией, превратив эти ледяные снаряды в сгустки плазмы, завёрнутые в сверхпроводящую оболочку.
Хранители растворились в воздухе за мгновение до удара. Мой залп прошёл сквозь пустоту. Да твою мать! Отожрались, суки, на халявной энергии!
Я рванул за ними в другое измерение, в другой мир, который внезапно оказался моим черновиком. Мир абсолютной пустоты, заготовка, которую я так и не довёл до совершенства.
Здесь не было ни верха, ни низа, ни даже самого понятия «здесь». Только бескрайняя чернота, в которой растворялось само время. Но я чувствовал Хранителей, которые стали частью этой пустоты.
Они расплывались в небытии, сливаясь с вечным «ничто». Будь я обычным человеком, который лишь подчинил магию, я бы уже растворился в этом мире, стал его частью и потерял себя. Я бы всё забыл.
Но я помнил.
Помнил вес своего тела. Помнил грохот битвы. Помнил вкус крови во рту.
