— Ну тогда иди что ли стол накрой, будем ужинать, — распорядился я. — И найди хорошее вино, если оно у нас ещё осталось. Хочу отметить моё отбытие на Рубеж и внесение первого залога за поместье. Совсем скоро я расплачусь с долгами и тогда заживём!
— Ваше сиятельство! Ваше сиятельство! — протараторил запыхавшийся Захар, втиснувшись между Алёной и дверным косяком. — К вам там пожаловали…
— Кого ещё принесло? — устало спросил я, потерев переносицу.
— Не представились, но видок жуткий, — Захар округлил глаза. — Шрам на щеке во-от таке-енный! Сразу видно, что этот… как его… криминальный элемент, во!
— И чего желает этот элемент? — спросил я, заинтересовавшись.
— Говорит, что дело жизни и смерти… вашей то бишь жизни-то, — побледневший Захар сглотнул и облизал губы. — А у нас ведь и стражи не осталось…
— Приглашай, что уж теперь, — приказал я. — Побеседуем с этим элементом.
— Так ведь… жуткий тип, говорю, — просипел Захар.
— Разберёмся, — хмыкнул я и размял уставшие от долгого сидения плечи.
Алёна смылась вместе с Захаром, хотя я видел, что она хотела ещё что-то сказать. Через несколько минут в кабинет шагнул очень интересный мужчина с глазами убийцы. Весь его вид говорил, что этот немолодой уже человек с характерным шрамом на щеке, идущим от переносицы к губам по дуге, привык решать свои дела быстро и с хладнокровно. И что ему от меня понадобилось?
— Ваше сиятельство, — он улыбнулся холодной улыбкой, которая не коснулась глаз. — Позвольте представиться, Вадим Олегович Меркулов. Я к вам с предложением.
— От которого невозможно отказаться? — сострил я.
— Есть такая вероятность, — он шагнул к столу и положил на столешницу папку в кожаном переплёте. — Вот здесь решение всех ваших проблем.
Я разглядывал своего гостя с интересом: манеры у него были аристократические, а вот повадки — матёрого хищника, хладнокровного убийцы, который и глазом не моргнёт, прежде чем перерезать тебе горло. Это различие между воспитанием и привычками не бросалось в глаза, но я его видел отчётливо.
— Что здесь? — спросил я, не касаясь папки.
— Как я уже сказал — решение всех ваших проблем, — Меркулов раскрыл папку и принялся вытаскивать из неё ровные стопки документов. — Это вексель на уплату всех ваших долговых расписок, вот здесь — вексель, закрывающий долг за поместье и земли, — он, словно завзятый картёжник, выкладывал на стол один козырь за другим. — Ну а в этом документе ваша амнистия. Мой юрист нашёл лазейку для отмены вашей ссылки на Рубеж.
Меркулов внимательно смотрел на меня, озвучивая содержимое документов, но я сохранял нейтрально-равнодушное выражение лица. Может быть, тот Юрий Громов, что был князем до меня, и согласился бы принять столь щедрые дары, но я-то знал, что бесплатный сыр даже в мышеловке, как правило, с душком.
— Также я предлагаю вам два миллиона рублей, — с кривой усмешкой проговорил Меркулов, глядя мне в глаза. — Этого хватит на несколько лет беспечной жизни. Учитывая, что на Рубеж вам ехать не придётся, это очень щедрое предложение.
— У меня договор с инквизицией, — ровно сказал я, ожидая, что Меркулов вытянет из папки очередную бумажку. И он меня не разочаровал.
— Этот вопрос я решу в самое ближайшее время, — мужчина дёрнул щекой и усмехнулся. — Есть у меня… варианты.
Так я и думал — в любом органе власти есть крысы, продажные служки, которым всегда мало. Но Меркулов просчитался — поехать на Рубеж было моим решением. И причина не только в предъявах инквизиции, но и в том, что меня действительно тянуло в Каньон Дьявола.
Желание отправиться туда становилось всё сильнее, чем больше я узнавал об этом месте. И это я пока только про редкие ресурсы прочитал, ну и про таинственных монстров, лезущих из Каньона.
— Что вы хотите взамен? — спросил я, заглянув в холодные глаза мужчины.
— Самую малость, которая совершенно вас не опечалит, — снова улыбка, похожая на оскал. — Взамен вы отдадите мне своего питомца, а если точнее — магического пса, который появился в вашем доме несколько дней назад.
— Знаете, ваше предложение очень заманчивое, — медленно проговорил я, откинувшись на спинку кресла и побарабанив пальцами по столешнице.
— Понимаю, — хмыкнул Меркулов и оскалился, ещё больше став похожим на хищника.
— Но мой ответ — нет, — я не собирался отчитываться перед этим мужчиной, как и говорить ему, что это было моё решение — поехать на Рубеж. Разобраться с навалившимися проблемами я могу самостоятельно. А продаваться с потрохами и тем более продавать своего пса — нет уж, спасибо!
— Как это «нет»⁈ — Меркулов явно не ожидал отказа. Он с силой сжал челюсти, желваки заходили ходуном — мужчина явно пытался удержать мину при плохой игре. — Вы не можете отказаться.
— Почему же? — удивился я. — Очень даже могу и отказываюсь. Заберите документы и покиньте мой дом.
Несколько мгновений Меркулов смотрел на меня ненавидящим взглядом. Если бы он мог, испепелил бы меня на месте. Не знаю, чего он добивался, но на меня его давящий взгляд точно не действовал.
