Оборвалась музыка – Рита задела каблуком удлинитель, ведущий к проигрывателю. А в следующий миг Рита сорвала кружевную повязку, обнажая шрам. Лера застыла, мечтая провалиться под пол и исчезнуть. Она как будто оказалась обнаженной перед толпой. Даже хуже, чем голой. Ведь стало видно то, что она скрывала годами. Ее тайну. Ее боль. Ее слабость.
– Какой мерзкий шрам! – Рита злорадно скомкала кружево в кулаке. – Ты уродка!
Лера вздрогнула, как от пощечины. Случилось то, чего она всегда боялась, и она не ожидала, что это будет так больно и так стыдно. Она онемела, не в силах вымолвить ни слова.
И вдруг услышала звенящий от гнева голос – свой собственный голос:
– Это ты уродка, Рита. И куда хуже иметь мерзкую душу, чем шрам на коже.
Только это говорил Ник. Говорил, защищая Леру, и взял ее за руку, поддерживая и утешая.
Его слова и прикосновение привели Леру в чувство. Она поняла, что одноклассники Ника смотрят не на ее шрам – они видят перед собой Ника и ждут, что он защитит свою девушку. Он и защитил. Только они не поняли. А теперь ее ход.
Лера шагнула к Рите и вырвала чокер из ее рук. Та испуганно отступила к одноклассникам. Первым порывом Леры было надеть кружевное ожерелье обратно на шею Нику, прикрыть шрам. Но Ник гордо вздернул подбородок и выдержал любопытные взгляды одноклассников, словно в отметине на шее не было ничего такого.
И Леру отпустило. Она взглянула на себя со стороны и увидела, что во взглядах одноклассников Ника нет жалости и насмешек – того, чего она всю жизнь боялась. Им было неловко – за Риту, устроившую некрасивую сцену. Они даже отступили от своей одноклассницы, словно не желая иметь с ней ничего общего. Не Лера в их глазах была прокаженной, а сама Рита. Только тот самый Юрик, он же известный видеоблогер Фима, с жадностью шакала снимал скандал на телефон. Лера похолодела при мысли, что эта безобразная сцена попадет в Сеть. Но тут Макар заметил гаджет в руках Фимы и отобрал его.
– Отдай! – взвизгнул Фима, подпрыгивая и пытаясь вернуть свое. Макар что-то быстро полистал в мобильнике и только затем отдал Фиме.
– Ты все стер! – горестно взвыл Фима.
А Лера с облегчением перевела дух и сунула в карман кружевной чокер. Какой теперь в нем смысл?
– Идем, Лера. – Она обняла Ника за плечи и увлекла за собой.
За их спинами раздались взволнованные голоса, кто-то несколько раз зло повторил имя Риты, и Лера подумала, что Рита теперь не появится ни на одной встрече с одноклассниками. Ей не простят, что она испортила этот вечер. Сейчас народ станет расходиться, веселье кончилось.
– Мне очень жаль, – тихо сказал Ник, когда они вышли во двор. – Не надо мне было надевать это платье.
– Шутишь? Это лучшее платье, которое у меня когда-либо было. – Лера слабо улыбнулась, но осеклась, когда увидела неровный шрам на шее Ника при дневном свете.
Он навсегда останется с ней, напоминая о том дне.
И его не удастся стереть из памяти, как не стереть его с кожи.
Лера потянулась к карману джинсов, куда спрятала чокер. Лучше Нику его надеть…
– Ты не должна его стыдиться, – тихо, но твердо сказал Ник.
– Поехали отсюда. – Так и не достав чокер, Лера потянула Ника к выходу со двора. – Я вызову такси.
Еще утром Лера ни за что не стала бы рассказывать Нику о том, как у нее появился шрам. Ни за что в жизни. Никогда. Только не ему! Кто они были до этого дня? Просто случайные парень с девушкой, которым не повезло очутиться на одной остановке в грозу и попасть под молнию.
Но после того, что Лера узнала от Риты сегодня, случившееся с ней и Ником предстало в новом свете. Что, если бы она пришла в класс Ника первого сентября? Что, если бы они стали одноклассниками? Что, если бы Ник никогда не встретил Риту? Она думала об этом всю дорогу домой.
Ник не проронил ни слова, пока они ехали в такси. Только удивился, когда Лера попросила водителя остановиться у продуктового магазина рядом с домом.
Помня о пустом холодильнике, Лера нагрузила полную корзину любимыми продуктами. А Ник всю дорогу порывался понести пакеты, пока Лера на него не шикнула:
– Кто из нас сейчас мужик, а? Надорвешься еще, девчонка…
Ник присмирел и молчал до самого дома, где их встретило на лавочке бдительное трио «Бабуси».
– Лерочка, уже протрезвела? – ехидно поинтересовалась баба Нюра.
– А это жених твой? Познакомишь? – встряла баба Шура.
– Как-нибудь в другой раз, – не растерялся Ник, устремляясь к подъезду.
Лера заторопилась за ним, и за их спиной продолжилось обсуждение:
– Скажешь тоже, Шура! Какой жених? Кто же на такой выпивохе теперь женится?
Лера зашла за Ником в подъезд и укорила:
– Видишь, как ты мне репутацию испортил?
– Ну извини, – смутился Ник. – Хочешь, я на тебе женюсь?
Лера вздрогнула и чуть не выронила сумки. Еще утром она бы ответила, что пикапер – последний мужчина на земле, за кого она бы вышла замуж. Но сейчас все перевернулось с ног на голову.
– Не надо так шутить, – проворчала она, ставя пакеты у двери в квартиру.
– А я и не шучу. Ты же теперь знаешь мою постыдную тайну, – Ник потупил взор.
