– А я тебя, – после паузы ответила она, и он понял, что она имеет в виду его любовное письмо и безответную любовь к Рите.
– Мы могли встретиться, но не встретились, – сказал Ник. – И время назад уже не повернешь. Надо жить дальше.
Как бы он хотел сказать это своим спокойным мужским басом – весомо и значительно. А вместо этого прочирикал, как девчонка, и получилось так легкомысленно, что он сам осекся.
Лера задумчиво посмотрела на него и отвернулась к окну.
– Ты прав, – тихо откликнулась она. – Надо жить дальше. Надо вернуть свои жизни и свои тела. Какой там прогноз погоды?
Ник взглянул на телефон:
– Солнечно, без осадков.
– Жаль… – Лера повернулась к нему и бросила мимолетный взгляд на телефон, а затем подпрыгнула и свалилась со стула.
– Ты как? – Ник с тревогой наклонился над ней.
– Не переживай, твое драгоценное тело не пострадало, – прокряхтела Лера, поднимаясь с пола.
– Да я не за себя переживаю, – смутился Ник.
– Я совсем забыла про календарь, – Лера помрачнела. – Сегодня двадцатое июля. У мамы выставка. Я думала, это еще через неделю…
– А, та самая выставка, – вспомнил Ник недавний телефонный разговор. – Так она у тебя правда художница?
– Она бухгалтер, но всю жизнь мечтала стать художником. И сейчас рисует в любительской студии. А лучшие работы выставляют сегодня в ДК, и мамины тоже.
– Сегодня? – До Ника начало постепенно доходить.
– Соображаешь, пикапер. Мне надо быть там. Мама готовилась к этой выставке, она для нее много значит. И ей важно, чтобы я пришла ее поддержать… – Лера пролистала последние эсэмэски от мамы и увидела среди них неотвеченные. Мама напоминала о выставке, а Лера эти сообщения пропустила. – Она хочет показать мне какую-то новую картину, которую нарисовала специально для выставки.
Они молча переглянулись.
– И это проблема, – добавила Лера и задумчиво поскребла заросшую щетиной щеку.
– А может, скажем, что ты заболела? – предложил Ник.
– Тогда мама сорвется с выставки и примчится меня лечить, – нахмурилась Лера. – И еще неизвестно, что хуже.
– Тогда, может, навестим ее по-быстрому? В смысле, мы вместе.
– Уж, конечно, одного я тебя не отпущу! – Лера шумно вздохнула и подошла к шкафу.
Ник увидел, как она потянулась за одним из брючных костюмов. Но в последний момент передумала и вынула вешалку с черным платьем, которое он повесил вечером.
– Одевайся.
– Ты уверена? – Ник удивленно взял вешалку.
– Порадуешь мою маму. – Лера поскребла щетину и бросила косой взгляд в зеркало.
– А ты бы побрилась, – миролюбиво посоветовал Ник. – Как-никак знакомиться идешь!
– Не руки же просить, – проворчала Лера, но все-таки направилась в ванную.
– Тебе помочь? – крикнул вслед Ник.
– Как-нибудь справлюсь! – Лера хлопнула дверью перед его носом.
Покупая женский станок и гель для бритья с ароматом тропических фруктов, Лера не думала, что они пригодятся ей, чтобы брить лицо. Наверное, дома у Ника куча разных причиндалов для бритья и электробритва последней модели, но сейчас выбирать не приходится.
– Манго и мандарин, говорите? – Лера задумчиво покрутила в руках оранжевый флакон. – Ну, приступим!
Лера вздохнула, выдавила гель на ладонь и стала растирать им щеку.
Бриться оказалось сложнее, чем она думала. Станок почти сразу затупился о жесткую щетину – Лера сумела пройти только одну щеку. Сменных лезвий не оказалось, пришлось изрядно повозиться, чтобы более-менее привести в порядок вторую. С непривычки Лера порезалась. Раз, другой, третий…
Ник ее убьет, мрачно подумала она, слюнявя палец и зажимая ранку.
– Ты чего так долго? – Ник заколотил в дверь. – Все в порядке?
Беспокоится за свою драгоценную шкуру! И так это Леру взбесило, что она убрала палец, открыла дверь и вышла наружу.
– Да тебя как будто пытали! – ахнул Ник, разглядывая ее щеки. – Знаешь, лучше бы ты осталась с бородой.
– Знаешь, тебе повезло, что я тебя не зарезала.
Ник осекся и вздохнул:
– У тебя хоть перекись есть? Порезы обработать?
Лера помотала головой.
– А одеколон?
– Туалетная вода. – Лера достала из шкафа красный флакон.
– Женская? – поморщился Ник.
– Извини, не подготовилась, – буркнула Лера, а Ник осекся и отобрал у нее флакон:
– Дай!
– Зачем? – Она удивилась, а Ник сбегал в ванную за ватным диском, побрызгал на него духи и прошелся по ранкам на щеке Леры.
Для этого ему пришлось приподняться на цыпочки.
Лера послушно замерла. Забота Ника была даже приятной. Но потом она вспомнила, что он заботится о своем собственном теле и обрабатывает свою собственную физиономию, и отстранилась.
– Ты почему еще не одет?
– А что, уже пора? – удивился Ник. – Только одиннадцать.
– Начало в двенадцать.
– Тогда уже одеваюсь.
Ник схватил вешалку с платьем и скрылся в ванной, а Лера достала из шкафа легкий газовый шарфик – даст Нику повязать на шею и закрыть шрам. Интересно, кольнула ее внезапная мысль, если бы в тот день Ник проводил ее из библиотеки, как видел во сне, сейчас бы они так же вместе собирались на выставку к ее матери? Только как нормальная пара?
