Это, как я считаю, не к добру. Кофе дает бодрость лишь на короткий период. Вскоре снова подступает усталость, причем еще более сильная, потому что кофе сам по себе забирает силы.
– Зарядку делала? – спросил я.
– Обязательно. Но короткую. Потом, когда уже народ по улицам пошел, быстрым шагом вокруг квартала трижды обошла. Это вместо пробежки. Только вот для избиения мне никто не подвернулся. Не суди строго, товарищ тренер.
– Уговорила. Делись новостями, если они есть.
Капитан Саня выложила из ящика на стол тонкую папку с материалами уголовного дела, только еще формирующегося, даже не оформленного по правилам.
– За пять минут до твоего прихода привезли заключение Владимира Владимировича. На сей раз он согласился с тем, что ранения могли были нанесены сякеном. Точнее, несколькими, потому что они носят разный характер. Причина смерти – обширное кровоизлияние в мозг вследствие удара кастетом по затылку. Преступник был высокого роста, бил сверху вниз. Про классический оверхенд я ему сказать вчера просто не успела.
– Ты по-прежнему считаешь, что удар был нанесен женщиной среднего роста, даже совсем невысокой, если судить по фотографии жены Ильи Константиновича, стоящей рядом с ним? Я не думаю, что она снималась, опустившись на колени.
– Я не считаю, а лишь предполагаю. Но от своей версии не отказываюсь. Слишком много косвенных улик, нитей, связывающих убийство в Краснодаре шесть лет назад с тремя в Челябинске и двумя в нашем городе. Тем более что я как будто чувствую присутствие у нас этой На-дежды Ивановны Тропининой. Она как призрак бродит где-то здесь. Ты сейчас свободен?
– Да, если не учитывать, что я занят расследованием.
– Тогда давай продолжим это дело. Я уже успела отправить два запроса. Результаты в материалах. – Она кивнула на тонкую папку, в которую я еще не успел заглянуть. – Когда было совершено убийство в Краснодаре? То, самое первое? Когда оттуда уехала Алевтина Геннадьевна Соколова? Я думала, что здесь может быть какая-то связь. Найти ее не успела, но уехала Алевтина Геннадьевна через семь дней после того убийства. Она могла знать, что Тропинина преступница. В этом случае Соколова не должна была бы принимать ее у себя в квартире здесь, в нашем городе. Или она просто боялась возразить, а та обнаглела и пришла. Мол, здравствуйте, я ваша тетя.
– Да, наверное. – С этим нельзя было не согласиться. – Если только Соколова не знала чего-то такого, что нам не известно. Например, кто был убийцей в Краснодаре. Так куда сейчас едем?
Мне не составило труда догадаться, что капитан Саня опять хочет использовать меня как личного извозчика. То обстоятельство, что я попутно выполнял и обязанности капитана частного сыска, особой роли в этом случае не играло.
– Нужно встретиться с Вениамином Соколянским.
– Это кто?
– Сын Алевтины Николаевны. Мальчишке двенадцать лет. У детей память цепкая. Хочу показать ему фотографию Надежды Ивановны. Видел ли он когда-нибудь эту женщину вместе с матерью? Естественно, с учетом скидки на те самые семь или восемь лет. Если даже пожилые люди, соседи Соколовой, узнали, то мальчик тем более не ошибется.
– А разве соседи узнали? Насколько я помню, они ответили очень неуверенно, что только слегка похожа.
– Забыла тебе сообщить. Это уже после твоего отъезда было. Когда тело на носилках спускали, вышла в подъезд Лидия Илларионовна и сразу ко мне. Захотела еще раз на фотографию посмотреть, даже спросила, когда та сделана. Потом сказала, что они с мужем посоветовались, подумали и решили, что это и есть та самая Надежда, которая у Соколовой жила. Она дружила с Василием, ее сыном, несмотря на разницу в возрасте. У взрослого человека и ребенка были какие-то общие интересы. Их что-то связывало. Жалко, что самого Василия сейчас в городе нет. Но я уже созвонилась с его отцом по электронной почте, сообщила об убийстве, запросила номер телефона. Он как раз за компьютером сидел. Очень удивился, но сотовый номер прислал. Я сразу позвонила. Они сегодня должны выехать из Краснодара. Если найдут деньги, вылетят самолетом. К сожалению, финансово я им помочь не могу. Пока не приехали, давай к Вениамину съездим.
– Поехали, – согласился я. – Куда?
– Адрес не помнишь?
– Место убийства?
– Конечно. Там сегодня к похоронам готовятся. Они завтра. Людям не до нас. Но я думаю, это и к лучшему. Никто мешать не будет. Двенадцатилетнего мальчика не погонят в морг за телом матери. Пока не привезли, давай съездим.
Доехали мы быстро. Конечно, можно было бы поставить машину на стоянку для жильцов. Не думаю, что охрана стала бы возражать против этого. Но я опять, как и минувшим днем, проявил скромность и оставил «Джимни» перед знаком, запрещающим остановку.
Мы прошли в дом, поднялись на нужный этаж, позвонили.
